Перед этим, правда, закрыла глаза. Для храбрости.
Губы Элайи неожиданно оказались твердыми и горячими, а его сильные руки легли на мою талию, крепко прижимая к себе. Я тонула в этом поцелуе – нет, я парила, позабыв обо всем на свете.
Даже о том, за нами жадно наблюдают несколько десятков глаз. И о том, что изначально все это затевалось с совершенно другой целью.
Было только всепроникающее, ненасытное наших касание губ и языков. Вовсе не невинно, как я хотела это сделать.
Именно так, как и сказала Сурия. По-взрослому. По-настоящему. Страстно. Мучительно. Сокровенно.
Как меня не целовал еще ни один парень. Да все эти детские поцелуйчики, которыми я успела обменяться с парочкой своих ухажеров в Кюлисе, ни в какое сравнение не шло вот с этим…
Возмутительным и наглым захватом. Которого я отчаянно хотела сама.
Он будто хотел испить меня. Высушить своим жаром. Своим ответным порывом.
Вампир Элайя Куртоль не смог бы поцеловать меня так. Никогда.
Поэтому, в следующее мгновение оторвавшись от мужчины, который явно не хотел меня отпускать, я с ужасом увидела перед собой того, кого больше боялась – проректора академии, фэсса Джэрласса Аэлмара.
ГЛАВА 16. Драконьи козни
Такого поворота не ожидал никто. Ни Сурия, ни я, ни уж тем более Элайя Куртоль, который в сопровождении Трисбы зашел в залу через другую дверь и теперь недоуменно крутил головой по сторонам, не понимая, в чем дело.
Напутали они с дверями, как есть напутали.
А больше всех, похоже, такого пассажа не ожидал сам проректор.
Он смотрел мне в лицо с яростью, и глаза его пылали таким огнем – куда уж раскаленной лаве, которую наколдовала Фурия.
Да, кстати, о президенте нашего дорогого клуба…
Ведь нашего теперь, да? Я же выполнила все команды!
Драконесса была готова рвать и метать в бессильной злости от того, что по ее же собственной указке я поцеловала предмет ее обожания. Но изменить уже ничего не могла. Самое забавное было в том, как она пыталась сдержать эмоции и сделать вид, что ничего задевающего ее лично не произошло. Наоборот: все, так сказать, по плану.
– Фэссарина Сенфрид, – низким, практически змеиным голосом прошипел дракон, не отрывая от меня взгляда. – Что вы себе позволяете?
– Всего лишь встречаю вас в нашем клубе, как дорогого гостя, – в тон ему ответила я. – Ведь приятно же, что вам тут так рады?
Судя по пылу, который он (ну и я, чего уж там скрывать-то!) вложил в этот поцелуй, неприятно проректору не было. Совсем.
Хотя, кто этих чешуйчатых разберет-то? Радужная оболочка глаз Аэлмара будто подернулась льдом, и проректор проговорил, не сводя презрительного взгляда с моей страховитой шляпищи.
– Возможно, и было, если бы не ваше откровенное безвкусие, – процедил дракон.