В Академии Боевых Невест уже стартует первый день. Утро начинается с резкой реалистичности: ведро воды на кровати жарит и выдувает, заставляя бодаться с первокурсницами, которые учатся держать себя в руках и не заснуть после тренировки. Атмосфера острых ощущений и постоянного напряжения создается на страницах этой книги....
И не такое бывает, — он подбодрил меня улыбкой, от которой сердце застучало еще быстрей. А затем обратился к госпоже Моръ:
— Вы можете оставить нас наедине?
— Нет, — ответила ректор, продолжая улыбаться. — Это невозможно. Невеста Губами находится под моей ответственностью.
Проклятийник слегка погрустнел.
— Очень жаль. Некоторые манипуляции требуют отсутствия посторонних.
— Значит вам придется обойтись без них.
— Как скажете, — красавчик склонил голову, одарив госпожу Моръ взглядом из-под ресниц. — Но, может быть, возможны исключения?
— Исключения исключены, — улыбка ректора могла бы посоперничать с улыбкой гиены, и бедной посрамленной зверюшке пришлось бы уползти прочь.
— Хорошо, — проклятийник поднялся. — Тогда я должен подумать. У вас найдется комната, где бы я мог уединиться?
— Конечно, идемте, — ректор указала на дверь, побуждая его отправиться на выход первым.
Тот подчинился. На какой-то миг мне показалось, что выглядел он слегка раздраженным.
Когда они ушли, я прилегла на кровать и закрыла глаза, пытаясь успокоить чувства. Успокаиваться они не хотели, стремясь прочь из комнаты туда, куда ушел мой герой. Ах, наверное, так романтично быть проклятийником — спасаешь мир, творишь добро направо и налево, избавляешь страдальцев от проблем, весь бархате, с заклятьем наперевес…
Отвлек меня тихий мышиный писк. Я открыла глаза, повернула голову — и обнаружила малютку Матильду, замершую на полу возле кровати.
В этот раз мышка тоже прибежала не просто так.
Я посадила ее на стол и, пока она угощалась коржиком, оставшимся от завтрака, развернула присланную Реком записку.
Послание было кратким: “Берегись человека в шляпе”.
Глава 19
Глава 19. Штурм крепости
Обедать со мной ректор Моръ не стала. Привезла тележку с едой и ушла, пообещав забрать позже, так что у меня было предостаточно времени, чтобы подумать над предстоящим разговором. Стоило предупредить ее о том, что проклятийник может быть опасен. Проблема была лишь в том, что я не знала чем и насколько и, хотя верила Реку как себе.
Пока обедала, пыталась понять, что с проклятийником не так, что насторожило Река. И вообще, с чего он взял, что этот человек опасен. Но вот тарелки опустели, а обвинить проклятийника по-прежнему было не в чем. Разве что в том, что он слишком красив, но это не преступление.
Так ничего и не придумав, я убрала со стола и села заниматься. Что бы ни происходило вокруг, уроков никто не отменял.
