Автор
Внутри высокого дворца начинается бал — атмосфера шика и роскоши контрастирует с выживанием обычных людей за пределами. Академия чаросвета отражает не только красоту, но и тяжестию жизни в мире заговоров и магии, где каждый шаг важен для будущего.
Стрела создана лететь и впиваться в живую плоть, а не царапать острием наконечника похабщину на стенах.
Он — оружие. Он служит великой цели.
Ит открыл глаза, вернув себе равновесие. Сверкающий флюгер привлек к себе птиц, и те облепили островерхую крышу здания. Оно было пустым, Ит знал это, даже не заглядывая в провалы окон.
Вокруг стояла холодная тишина, и дыхание вырывалось изо рта паром. Ночная тварь, похожая на дикого кабана обогнула черную громадину на холме и увела выводок своих уродливых деток подальше.
Ит поднялся, расстегнул куртку, проверил ножи, закрепленные на изнанке.
Ит сделал большой круг, обходя холм. Поднялся к руинам, похожим на разоренное гнездо. Девчонка объявила себя наследницей ночи. Но она, разумеется, лжет. Пришла пора обрезать ей крылышки.
Он даже повременил немного, оттягивая момент победы.
Первый артефакт — гладкий металлический шарик — обжег ладонь, и Ит перебросил его из руки в руку как горячую картошку, а затем швырнул через обломки стены и, отвернувшись, зажмурился.
Вспышка ослепила его даже через закрытые веки, перед глазами поплыли белые пятна, но, поморгав, Ит вернул себе зрение и быстро вошел в храм.
Ит не поверил своим глазам. Неужели чутье его обмануло?
— Есть здесь кто-нибудь? — вслух спросил он и сам понял, как это глупо.
Голос прозвучал гулко, точно он крикнул в колодец. Нет тут никого. Они не успели бы удрать, валялись бы слепые и беспомощные, как котята.
Ит прошел вдоль стены, принюхиваясь как ищейка. Пахло хлебом и чем-то горелым. Чары совсем недавно ушли, он даже чует острый запах мужского пота.
Дальше они пошли налегке.
Ит запрокинул голову и улыбнулся звездам.
Что ж, это значило лишь то, что охота продолжается. Дичь оказалась шустрей и хитрей, чем он думал. Но так даже интереснее. На всякий случай Ит обошел развалины, заглянул за нагромождение камней, даже постоял у стены с нарисованной птицей.
Ит никогда не молился. Он полагался на себя, а не на милость богов.
