Автор
Внутри высокого дворца начинается бал — атмосфера шика и роскоши контрастирует с выживанием обычных людей за пределами. Академия чаросвета отражает не только красоту, но и тяжестию жизни в мире заговоров и магии, где каждый шаг важен для будущего.
Не зазнавайся.
— Я и не собиралась, — оскорбилась я. — Я обычная тень.
— Хорошо, — одобрил Дунгер. — Но и прибедняться тоже не стоит. Ты не обычная. Так что используй свои сильные стороны и развивай их по максимуму. А что до тварей… — профессор почесал шрамы на щеке и спросил: — Ты их боишься?
— Очень, — вздохнув, призналась я.
Дунгер задумчиво поднял глаза к потолку, и я тоже быстро глянула наверх, но там не было ничего, кроме побелки.
— Так вот, после того, как меня слегка пожевали, я боялся зайти в клетку с тварью ночи.
Я покачала головой.
— Взял и зашел, — сказал он. — Нет каких-то хитрых способов победить свои страхи, Мэди. Самый надежный — встретиться с ним лицом к лицу. Посмотреть в его маленькие злобные глазки.
Сердце подскочило и забилось о ребра, стоило лишь вспомнить, как из темноты проступили блестящие глаза, влажный нос, клыки… А следом и весь черный пес.
— Загляни как-нибудь ко мне в питомник, — предложил Дунгер.
Улыбка получилась кривой, но я улыбнулась в ответ.
— Надеюсь, ты не слишком оскорбилась в логове нашей ректорши? — деловито уточнил Дунгер.
— Нет, — ответила я. — Атака и провокация. Вы позволили мне уйти.
— Не позволяй брать себя в кольцо, Мэди. А если уж так вышло — атакуй, — посоветовал Дунгер. — Мы все видели хорошую девочку из Сумерек. Покажи, что еще ты из себя представляешь.
***
После уроков, оставив сумку с учебниками в комнате, я спустилась на этаж ниже, в тренировочный зал. Записи Расмуса я изучила вдоль и поперек, блокнот распух и пополнился закладками, которыми я отметила особо интересные места с чарами ночи. Вчера я научилась швыряться тьмой, и мне хотелось отточить этот навык. Так что когда Бастиан заглянул в зал, черный кинжал тьмы воткнулся точно в середину мишени.
— Отлично, Мэди, — одобрительно кивнул Бас, подходя ко мне.
— Я люблю ножи, — призналась я. — Привычка. Годы работы в таверне.
Сейчас от нее осталось лишь пепелище. Потому я и не хотела возвращаться в Сумерки — мне больше не к кому было ехать, у меня не осталось там ни уголка, который я могла бы назвать своим домом, ни родных. Но Фелиция права: я должна съездить. Хотя бы для того, чтобы попрощаться с тетей.
