Автор
Внутри высокого дворца начинается бал — атмосфера шика и роскоши контрастирует с выживанием обычных людей за пределами. Академия чаросвета отражает не только красоту, но и тяжестию жизни в мире заговоров и магии, где каждый шаг важен для будущего.
— А ты? — спросила я, стряхнув тягостные мысли. — Какое оружие предпочитаешь?
— Ну-у-у, — протянул Бас. — Вообще-то я отлично управляюсь с любым.
Я улыбнулась, а он обнял меня со спины, разглядывая наше отражение в зеркале.
— Хвастун, — пожурила я его. — Вот скажи, зачем тебе тут столько зеркал? Любоваться собственным совершенством?
— А ты считаешь меня совершенством? — промурлыкал Бас, довольно улыбнувшись.
Он поцеловал меня в висок, потерся носом о мои волосы, легонько лизнул мочку уха и прикусил, и у меня мурашки побежали по коже.
"— Ты красивый, — выдохнула я, откинувшись назад чуть сильнее и опершись ему на грудь.
— Спасибо, — скромно поблагодарил он. — Но вообще-то зеркала для того, чтобы лучше видеть свои движения. Контролировать правильность выполнения упражнений. Ну и для светочар тоже. Для работы с отражениями.
— Довольно странно, что наши свет и тьма не разрушают друг друга, — вспомнила я.
— Ничего странного, как по мне, — пожал Бас плечами, а его руки погладили мою талию и тихонько потянули блузку, высвобождая ее из-под пояса юбки.
— А что, если тебя тянет не ко мне, а к самому себе? — предположила я, и руки Бастиана замерли на моей коже. — Раз уж я — твое отражение.
— Ну ты вообще уже, Мэди, — возмутился он и, обхватив мою талию, прижал к себе крепче. — Чаросвет отражается, да, но ты — совсем другое дело.
Его ладони под моей блузкой уверенно скользнули выше и легонько сжали грудь. Горячие искры тут же вспыхнули под кожей, отзываясь на его прикосновения.
— Это даже оскорбительно, — проворчал Бастиан, не прекращая меня ласкать. — Как будто я такой самовлюбленный индюк, что могу влюбиться лишь в самого себя. Нет, Мэди, мне нужна именно ты, вредная девчонка из Сумерек.
Он принялся расстегивать пуговки на моей блузке, а я закинула руки вверх, обняв его за шею и позволяя делать, что вздумается.
— А когда я послушная, тебе, выходит, не нравится? — невинно поинтересовалась я, слегка потершись попой о его бедра.
— Так еще лучше, — заверил Бастиан, и его голос прозвучал хрипло.
Парочка в отражении вела себя совершенно бесстыдно. Я наблюдала за нами словно со стороны, и это завораживало.
