Автор
Внутри высокого дворца начинается бал — атмосфера шика и роскоши контрастирует с выживанием обычных людей за пределами. Академия чаросвета отражает не только красоту, но и тяжестию жизни в мире заговоров и магии, где каждый шаг важен для будущего.
Только молчит как рыба. Я уже и чарословом пытался язык ему развязать…
— Я сам. Оставь нас, — приказал Бас и, отодвинув стул, сел по другую сторону стола, напротив лысого верзилы.
Тот поднял взгляд, посмотрел на него изучающе. На бычьей шее блеснула знакомая цепочка. Понятно, отчего его чарослова не берут.
— Значит, это тебе Мэди отдала кулон, который я ей подарил, — произнес Бастиан, положив руки на стол. — Выходит, я спас тебе жизнь однажды.
— И что теперь? — с вызовом спросил лысый. — Потребуешь чужую жизнь взамен? Такого уговора не было.
— Не было, — согласился Бас.
— Вот и вали назад в свой солнечный город. Зачастил ты сюда, чарёныш.
Бас усмехнулся. Мэди считала этого гиганта другом, так может, получится достучаться до него по-другому.
— Ты знаешь, что Первый угрожал убить Мэди? — спросил он.
— Врешь, — вырвалось у того.
Бас покачал головой.
— У нее порез на шее. Первый приставил нож к ее горлу. Я бы хотел обсудить его методы.
Ничего он с ним обсуждать не собирался, хотелось разбить его мерзкую рожу в кровь.
— Он бы не стал вредить Мэди, только не ей, — покачал головой Шрам.
— Однажды Первый потащил ее в Ночь, — напомнил Бастиан. — Он рисковал ее жизнью только затем, чтобы убедить, какие чары плохие.
— А вы будто хорошие.
— Я люблю ее, — сказал Бас.
Шрам откинулся на спинку стула, разглядывая Баса будто по-новому.
— Ты не найдешь здесь Первого, — ответил он. — Не кипятись, чарёныш. Примчался защищать Мэди? Но ее тут никто не обидит.
— Она здесь больше и не появится, так Первому и передай, — заявил Бас, подавшись вперед. — Но готов поспорить, он особо не огорчится. Ведь она ему только мешает.
— Мэди? — удивился Шрам. — С чего бы? Она — наша надежда!
— Вот именно поэтому.
— Мэди особенная, — согласился лысый. — Седьмой дом возродится. Свет вспыхнет во мраке.
— Но Первый не захочет становиться Вторым, — перебил его патетические пророчества Бас. — Понимаешь, полосатая твоя башка? Я даже могу допустить, что ты говоришь искренне и готов защищать Мэдерли. Вы все, возможно, готовы. Но не он. Не Первый.
