Автор
Четыре молодых мага берутся обучать группу непокорных адептов в престижной академии. Дияника де Савеллина бежит от отцовской опеки в столицу, надеясь на новую жизнь. Но столкновение амбиций, магических способностей и скрытых тайн обещает стать поистине взрывоопасным.
— Объясни, почему ты так ненавидишь меня?
Де Ареону, видимо, надоело смотреть на меня снизу вверх, поэтому он неторопливо поднялся с кресла, и теперь я уже смотрела на него с запрокинутой головой.
— Я не ненавижу тебя, де Савеллина, — ровным тоном произнёс Кристиан, но глаза де Ареона были не в силах скрыть ту бурю гнева, что нарастала внутри. — Я тебя презираю.
— За что? — я убрала руки со стола и встала перед ним ровно, выпрямив спину. Пусть знает, что я буду стоять на своём! Но на декана мой решительный вид не произвел впечатления.
— Ты прикрываешься именем Катарины де Савеллины. Самозванка, выдающая себя на дочь величайшей некромантки столетия. Нет, я не спорю, возможно, ты действительно носишь фамилию «де Савеллина», доставшуюся от отца. Но что мешало ему заделать ещё одну дочь на стороне, а после смерти жены убраться в провинцию и распустить слухи о том, что ты — та самая наследница дара могущественной некромантки.
— Закрой рот, — дрожащим голосом произнесла я, чувствуя, как гнев и боль заполняют и душу и тело. Слёзы мокрой пеленой застилали глаза, и я еле держалась, чтобы не разреветься на глазах мерзавца-декана. — Кто ты такой, чтобы лезть в дела моей семьи?
— Тот, кто знает, что настоящая дочь Катарины мертва, — ледяным тоном ответил де Ареон. — Возможно, вашей семейке удалось обвести вокруг пальца не только де Форнама, но и самого короля. И знаешь, поначалу ты мне казалась даже забавной, было интересно посмотреть, как долго продержится де Савеллина, не выдав свою истинную лживую натуру. Но вот эта подвеска… прежде, я считал, что ты нацепила на шею дешёвую побрякушку, теперь я уверен, что ты украла настоящий артефакт, «Ладонь де Савеллины». Вопрос только как? Неужто стянула с покойной Катарины?
Я не сводила взгляд с надменной физиономии де Ареона. Внутри меня бушевал вихрь из самых разнообразных чувств — от боли и обиды до усталости и разочарования. Хотелось одновременно вцепиться пальцами Кристиану прямо в глаза, ударить его изо всех сил головой об столешницу или же гордо уйти, обронив напоследок эффектную фразу, которая заставит его пожалеть, что связался с Дияникой де Савеллиной. Вместо этого, я тихо сказала:
— Ты не тот человек, перед которым я буду оправдываться и объясняться. Завтра утром я поговорю с ректором де Форнамом. Твоя взяла.
Вышла из кабинета с гордо поднятой головой, хотя больше всего на свете мечтала исчезнуть, раствориться в воздухе, стать невидимкой.
