Волшебные трусы, ядовитые и зеленовато-алые, стыдливо накрывали собой подозрительную атмосферу академии. Я студентка пансиона, которую здесь не приняли, но все еще хожу в форму — знак уважения к предыдущей жизни и брошенного шаблона. Вокруг мрачно сверкают зелени тени и светятся алыми огоньками ночные клубы — здесь строптивые становятся частью легенды, а не обретают место в истории....
Он побледнел, но хотя бы стоял на ногах, а я рухнула на колени. Зато папа, похоже, чувствовал себя великолепно, даже улыбался, поглощая нашу силу. Пространство на полу внутри петли замерцало, уплотнилось и превратилось в черную магическую трубу.
Папа отцепился от меня, оставив сидеть на полу. Пытаясь отдышаться, достал из кармана нечто бело-клубничное – вероятнее всего, одни из труселей, которые пошила Риз, и кинул их внутрь ловушки. Труселя закрутились в воронке, но не пропали, а остались плавать на поверхности черной субстанции.
Шушель не заставил себя ждать и явился на приманку спустя несколько секунд. Он действовал, словно зомби. Нырнул в черную воронку, даже не задумавшись. Папа подсек, петля сжалась, твареныш, заверещав, нырнул глубже, попытался уйти от веревки, и в итоге лассо поймало пустоту.
– Это что сейчас было? – поинтересовалась я. – Куда гаденыш делся? Снова сбежал?
Про испорченное заклинание я прекрасно помнила и считала, что эксперимент не удался, но папа опроверг мои предположения.
– На сей раз нет, – спокойно пояснил он. – Я открыл проход в потусторонний мир, снаружи смотрится как лассо, на самом же деле это мешок.
– И шушель сейчас в «мешке»?
– Шушель сейчас дома, – улыбнувшись, ответил папа. – Ваш коварный план не удался. А сейчас – спать. Наказаны оба. Я еще не придумал как, а завтра с утра начнем готовиться к балу. Тебе, Кассандра, будет отдельное наказание. Потому что ты – основной источник неприятностей! Тебя надо чем-то занять, так убытков меньше.
– У меня уже есть отдельное наказание! – фыркнула я и демонстративно повернулась к нему спиной. С одной стороны, я была рада, что все закончилось хорошо, но с другой стороны – Демион же сказал, что заклинание испорчено. Только вот как? Неужели повреждения были настолько незаметны, что не сыграли никакой роли? Если так, то тотализатор придется как-то очень аккуратно свернуть. Ну и почему я не сделала ставку на «Шушель исчезнет сам»?
Папа ушел, раздраженно посмотрев на нас своим особенным взглядом, от которого некие дамы даже, поговаривают, седели.
– Как ты думаешь, шушель сбежал? – поинтересовалась я. – Или же все прошло как надо?
Сложно было сказать, какой исход событий меня бы устроил больше. Деньги с тотализатора я в любом случае заработала, а то, что меньше, чем могла, так это мелочи. Все, в любом случае, заработать не получится, да и не нужны мне все.
