В Академии хаоса все знают, что обычные законы не применимы. Когда рушатся стены, герои сталкиваются с невероятными загадками и потрясающими открытиями в мире, где правила легко могут меняться. Атмосфера в академии наполнена жаром споров и решением нестандартных проблем....
– Все в лучшем виде, мастер Изергаст, – отрапортовал Эммет, вскакивая с жерновов.
– Тучу отгони.
Эммет повел рукой, и облако медленно уплыло в сторонку.
– Имя, – потребовал Изергаст.
Он коснулся тонкой косички за ухом и, вздохнув, стал ее расплетать, а мы с Эмметом растерянно переглянулись.
– Эретьен, – пробормотала я. – А дальше…
– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, – сказал Родерик, и мастер Изергаст страдальчески поморщился и посмотрел на гроб, будто прикидывая – стоит ли оно того.
– Еще и Третий, – вздохнул он.
– Вы сделаете ему привязку? – ахнула я.
– Еще чего, – возмутился Изергаст. – Будь это единственной возможностью, лежать белобрысому зародышу и дальше в гробу. Но я мастер смерти, и у меня с ней особые отношения.
Зеленые лучи вырвались из посохов, и мастер Изергаст крутанулся на месте, рисуя шестиконечную звезду, в центре которой оказался гроб с Эретьеном. Солнце ярко светило, но на старую мельницу опустилась тьма. Белые волосы Изергаста взметнулись, глаза загорелись, и я почувствовала к Миранде невольное уважение – как только она его не боится?
В лучах гексаграммы вспыхивали неведомые знаки, зеленые и сиреневые блики плавали по гробу и бледному лицу Эрта.
– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, – шепотом подсказал Родерик.
– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, – гулко произнес Изергаст, и его голос пробрал меня до костей, а земля под ногами задрожала. – Вернись…
Он взмахнул руками и сложил пальцы по-другому. Звезда на земле вспыхнула ярче, а знаки в ее лучах замерцали.
– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, приказываю тебе – вернись…
Еще один знак длинными белыми пальцами. Вокруг гроба поплыл сиреневый свет.
– Эретьен Гюльбери…
Хриплый вздох, кашель, Эрт рывком сел в гробу, перевесился через край, и его вырвало прямо на черные брюки Изергаста.
– Да чтоб тебя, – выругался тот, опустив руки, и тьма стремительно развеялась. – Даже заклинание не дал договорить.
А я взвизгнула от радости и повернулась к Родерику, который о чем-то шептался с Эмметом. И это в такой момент!
– Получилось! – воскликнула я. – У него получилось!
– Как будто могло быть иначе, – буркнул Изергаст, сурово глядя на свои заляпанные штаны, и те, словно устыдившись, вмиг очистились от пятен.
