В Академии королевских чародеев ученики жестоко критикуют преподавание, обиженные студенты собираются у кафедры куратора для сдачи контрольной по сложному математическому магическому воздействию. Атмосфера разочарования и неудовлетворенности настроена всем классом, готовыми встать на защиту своего образования....
Взрыв магии произошел неожиданно даже для меня. Почти обернувшегося оборотня шарахнуло со всей силы, вжало в кресло, остановив превращение.
– Ты тоже не можешь сдерживать свою силу, так же как и я – свои обороты, – произнес Люк.
Я чувствовала себя отвратительно. Мало того, что опять не смогла контролировать магию, так еще и атаковала куратора, хотя и остановила превращение. Магия отступила, поняв, что никто на меня нападать не собирается. Просто мужчина рассказывает о своей боли, о том, с чем он живет, с чем пытается бороться и справляться.
– Я долго думал о своем поступке. Почему бросился на любимую девушку? Ведь я готов был свою жизнь и вторую ипостась за нее отдать, а тут сам напал. Монсеньор выслушал мой рассказ и даже подверг магическому допросу, чтобы уяснить простые истины, о которых догадывался сам. Это зверь живет во мне, не имеющий никакого отношения к человеку или волку, – продолжал обнажать свою душу полуоборотень. – Мои родители – полукровки, потому я получился не оборотнем и не человеком, а завис где-то посредине.
Я прикусила язык и не стала произносить привычные слова: «Ну, я же не специально», прекрасно понимая, что ему сейчас не до моих оправданий. Люк изливал душу, видя во мне такого же несчастного, как и он сам. Куратор не мог справиться с оборотами, а я – со всплесками своей магии.
– Та девушка… она умерла? – спросила я, затаив дыхание.
От моей магии люди, конечно, страдали, но она никого не убивала.
– Ирэн и мне повезло. Мимо проходила Ева, она услышала вой и увидела, как я напал, – его губы снова сжались в тугую полоску, он говорил так, будто знал, что после этих слов я сбегу, не желая больше его видеть.
– Ева?
– Ева Линс, жена директора ди Рива, – пояснил куратор.
Вот как началось их знакомство, подумать только! Монсеньор принимал участие в судьбе Люка, а госпожа директорша спасла жизнь его любимой.
– Люк, ты все еще ее любишь? – задала я извечный женский вопрос.
– Кого? Еву? – спросил Шортан. – Обожаю! Она просто потрясающий оборотень!
Хм… а как к этому относится господин директор? Вспомнились искренние рукопожатия мужчин, потом радость куратора при известии о беременности госпожи ди Рив, и в мою глупую голову наконец-то пришло понимание.
– Я про Ирэн.
