Внезапная тревога вселяет страх. Несущиеся по улицам лошади и странные звуки напоминают о неладностях. Карета вдруг сбоку распахивается, открыв неизвестного мужчину, который с вызовом призывает меня к себе. Ужасные предчувствия переполняют сердце, но я должна быть готова противостоять угрозе....
Молча поднялись и послушно двинулись вслед за нашим провожатым.
— Как-то неподобающе здесь с леди обращаются. Могли бы и повежливей быть с невестами шиагов, — пробормотала миниатюрная шатенка.
— Да ты просто в академии не училась ни разу, — фыркнула красавица с длинными огненно-рыжими волосами.
— Будто ты училась!
— Насколько я знаю, — заметила симпатичная невысокая брюнетка, — невестам шиагов запрещено учиться в академиях. Поэтому мы все получали домашнее образование.
Вот как? Любопытная деталь.
— По-моему, ты что-то путаешь.
— Как не было?
— Точно не было, — вступила в разговор еще одна девушка. — Только ж кому эти академии нужны. Все аристократы получают домашнее образование, потому что не подобает аристократам среди всякого сброда учиться. Это вот тех, — она кивнула на трех девушек, державшихся рядом все время пути, — могли и в академию запихнуть.
Я тоже бросила на них любопытный взгляд. Среди троих обнаружилась недавняя жертва сирены со сломанным ногтем.
Так что девушки выглядели не хуже других. Но что-то в них было такое, что все равно позволяло безошибочно определить — родились они не аристократками.
Впрочем, ни одна невеста еще ни разу не была отвергнута. Двадцать три невесты и двадцать три шиага, каждый из них выберет себе по одной невесте.
Хотя очень надеюсь, в этот раз кто-нибудь из них останется ни с чем…
— Да как же так не было? — все еще не верила невысокая брюнетка. — Мне ведь сказали, что невестам шиагов нельзя в академию!
— Дорогая, тебе соврали, — усмехнулась рыжая.
— Что?.. Но… — глаза девушки внезапно наполнились слезами. — Но я так хотела в академию. А родители сказали, что мне запрещено, потому что я невеста шиага. Родители сказали, что таковы правила… И я не смела спорить, но… я ведь так хотела в академию!
— Родители просто понимали, насколько у тебя дурной вкус, — сказала ярая противница академий. — Не хотели, чтобы их дочка позорилась.
