В Академии Полуночи каждый день бьется за право говорить «нет» имени и происхождению. Здесь живут ученики из разных миров, где ценятся разные ценности. Ты стоишь перед выбором: каков должен быть урок? Что важнее — честь рода или собственная жизнь? В атмосфере опасности и сильных персонажей ждет настоящая драма, тайны и нерешаемые вопросы....
Из груди выбило воздух, перед глазами заплясало, и пришлось закусить губу, чтобы только сдержать вскрик. Но, без сомнения, со стороны кайроша это было проявлением ласки.
— Осторожно! — предупредила я, видя, что Мак-Фордин собирается спустить новое заклинание.
Секунда, и мощное тело чудовища накрыло артиэллу. Раздался хруст, треск, крик, а следом за ним — липкий, чавкающий звук. Я зажмурилась. Что бы сейчас ни происходило, я не хочу этого видеть. И заступаться за Мак-Фордин не стану. Может, во мне говорит тьма, но я не хочу просить за жизнь той, кто жаждал моей смерти.
Хруст и чавканье звучали все тише, пока наконец не умолкли совсем. Скрежет когтей по камню, шумное дыхание и низкий, но не злой, а почти ласковый рык дали понять, что моего внимания ждут. Собравшись с силами, я открыла глаза.
Передо мной стоял кайрош. С перемазанной кровью мордой, с горящими лунами глаз, с острыми клыками, торчащими из пасти… И точно так же, как я, кайрош напряженно ждал.
— Спасибо, Эв, что спасла меня. Снова, — я улыбнулась, и кайрош, заметно расслабляясь, фыркнул.
Преодолевая ленты тающего кокона, я протянула руку и коснулась болотно-зеленой шкуры. Надо же, мягкая… Шагнув вперед, я привстала на носочки и обняла за мощную шею опаснейшую тварь Полуночной Матери. Точнее, опаснейшую для остальных. Для меня же она навсегда останется зеленой топотуньей. Моей Эвис.
— Люблю тебя, Эв, — призналась я тихо.
Ласковое, полное нежности урчание стало мне ответом.
ГЛАВА 43
Я не боялась наказания за случившееся. Меня уже ждет участь страшнее смерти, терять особо нечего. Наоборот, воодушевленная, я решила бежать. Однако даже с помощью Эвис в теле кайроша выбить решетку не получилось. Укрепленная заклинаниями, она стояла крепко и не дрогнула под ударами мощного тела.
Когда стало понятно, что грубой силой свободу не заполучить, мы остановились. Эвис вновь обернулась ящерицей и умостилась в моих руках.
Как она? Что с ней сделали после моего пленения? Удалось ли ей справиться с внутренней тьмой?
Ведьмины метлы живые, у них есть души — и, как все души, они могут страдать.
