В небесах падает дождь, заставляя трещать по крышам и забарабанивать по каштановым листьям. Мужчина суетится у окна, прислонившись спиной к раме, стараясь не промочить нижнюю часть пальто. Его внимание куда важнее: он подслушивает в тихой комнате за соседним домом.
И сейчас я не позволю, чтобы какая-нибудь шавка перебежала мне дорогу к алтарю.
С этими словами она порвала рукав своего платья и запустила пальцы в собственную, идеально уложенную прическу.
Все это произошло в считаные мгновения, пока Дэна не было в кабинете. А до меня с запозданием дошел извечный, как мир, трюк: обвинение на опережение!
Я вскочила с кресла в ту самую секунду, когда Дэн вошел.
— Твоя ненормальная напала на меня! — Оливия уничижительно ткнула пальцем и осеклась.
Дэниэль стоял со шкатулкой в руках.
— Ну, наглая! Да если бы мы с Рей на эту мымру напали, она бы по-другому выглядела!
С этими словами голохвостая ринулась показать, как это — по-другому. Остановила я ее уже в полете, ухватив за кончик хвоста. Зубы Энжи щелкнули у самого кончика носа той, что вздумала клеветать.
Фамильяр пищала, извивалась и материлась на своем крысячьем.
— Вот видишь! — Обличительный перст брюнетки указал на крысявку.
— Фуф! — протестующе заверещала погрызуха. — Только отпустите меня, и я покажу, как должна выглядеть та, что пережила мое нападение! Да я ей нос откушу и уши резцами располосую!
Оливия попятилась, а Дэн с интересом уставился на мою Энжи.
— И чем же вызвана такая ярость? — спросил он у висящей вниз головой крысы.
Та демонстративно сложила лапы на груди и отвернула морду.
— Я защищала свое! — гордо возвестила миру Энжи, не выказав и капли раскаяния.
— Меня чуть не покусали! Я требую…
— Значит, факта клеветы на Рей ты не отрицаешь? — перебил ее Вердэн.
Оливия открыла рот и, так и не издав ни единого звука, закрыла.
— А раз так, то… Я хотел преподнести тебе это колье при других условиях, но, как видно, расставания — не мой конек. Это украшение — мой прощальный подарок.
С этими словами Дэн поставил на стол шкатулку.
Надо ли говорить, что колье тут же швырнули в него с криком:
— Ты редкостная сволочь и мерзавец!
После чего Оливия выбежала из кабинета.
Воцарившаяся тишина давила на виски. Энжи, все так же болтавшаяся в воздухе, и та затаила дыхание. Я тихонько посадила ее себе на плечо.
— Извини, — только и нашла что сказать.
От звука моего голоса Дэн встряхнулся, как мокрая псина.
