Автор
В Академии второго дыхания, где каждый день таит в себе новый урок жизни и тайны, пантеры из разных уголков мира собираются вместе. Здесь каждое слово преподавателя Бринелли — как стрела с ножкой: сила выходит из малейших движений. Веселье здесь не только в скорости, но и в глубоком понимании собственных сил. Пантеры здесь становятся крепче, а надежды светят новые звезды на горизонте....
Брат никогда не обижается, когда я отбиваю его девчонок, пока он занят.
Златокудрый красавчик пересел ко мне и многозначительно задвигал бровями.
— Что?! Тогда я против, Буч. Прощай.
Девчонок, значит. Мне стало очень обидно. Сама не ожидая от себя, открыла дверцу и, двинув бедром, вытолкнула застигнутого врасплох ухажера из кареты.
Тот покатился, на ходу превращаясь в ошалело шипящего тигра, а я с силой захлопнула дверцу.
Итан, я очень надеюсь, что ты меня ждешь. Потому что я начинаю сходить с ума от ревности. Никогда не жила в зверином клане.
Когда мы подъехали к гостинице, я вышла, вся собранная, чеканя шаг. Одним движением на радость кучеру выдернула с крыши кареты свой чемодан. И вошла внутрь.
— Номер, — распорядилась я, хмуря лоб, не глядя на девушку, принимающую гостей. — На три дня.
Паруются они, значит. Девушек друг у друга отбивают. Голыми бегают. А Итан? Нет, мой Итан не такой.
Я закрыла глаза, выдохнула и открыла. Улыбнулась.
— С вас пять серебряных, — раздался рядом неуверенный голос."
"— Спасибо, — мягко сказала я, приходя в себя. — Извините, задумалась. Тяжело переношу дорогу.
Девушка-служащая облегченно заулыбалась в ответ.
Как говорит мама: «Не позволяй своему настроению повлиять на твои дела. Ты, Мари, должна управлять эмоциями, а не они тобой».
Я подхватила чемодан и, напевая, пошла искать свой номер. Сегодня ночью я приду к тебе, Итан. Надеюсь, ты соскучился так же, как и я.
Для ночной прогулки я надела легкое домашнее темно-серое платье, растянув шнуровку на максимум. Если придется перекидываться, легко его сброшу, при этом не порвав в клочья.
Входная дверь небольшой местной гостиницы, двухэтажного, выкрашенного в блекло-зеленый цвет здания, оказалась закрытой. В коридорах царила тишина, все спали. В провинции гости не должны гулять по ночам. Пришлось открывать скрипящие ставни большого окна в холле и вылезать подобно убегающему из дома на вечеринку подростку.
Местный песок оказался удивительно приятным для хождения босиком, я даже немного потопталась у гостиницы, жмурясь и зарываясь в него пальцами босых ног.
Потянулась всем телом, чувствуя, как запели готовностью мышцы, соскучившиеся по привычным тренировочным нагрузкам, и неспешно побежала к поместью.
Здесь предпочитали засыпать рано. В это время в Хаксе, а тем более в Лоусоне, еще можно было встретить прохожих, возвращающихся из клубов или таверн, даже из гостей.
