В лифте стенки ржавели от множества повреждений — матерного жаргона и безграмотных фраз. Жизнь проявляется здесь отчетливо в виде непонятных комбинаций букв. А женщины, стиснув губы, демонстрируют свою несогласие с обстановкой. Восьмой этаж — и вот уже дочь оказывается на свободе, но вместе со странными аккордами кукол....
Ведь в игрушке уже живет какая-то капля его души. Хорошо бы не отдавать её заказчику... Подарить Гале. Хотя она давно вышла из этого возраста... Он так и не пожелал ей спокойной ночи... Чувствуя наваливающуюся дремоту, Владислав зевнул и закрыл глаза. ""Всем спать, - мысленно приказал он. - Людям, зверям и куклам...""
Именно в это время на подоконник в соседней комнате что-то упало. Но Галя не проснулась. Слезы на её щеках давно высохли, и она лежала, уткнувшись лицом в подушку.
3
Спускаясь по пожарной лестнице, Гера задержался на уровне восьмого этажа и, изогнувшись, бросил на подоконник перевязанный бечевкой пакет.
На крышу ""Барса"" можно было попасть, только совершив сложный прыжок с лестницы, но Гера, с силой оттолкнувшись от перекладины, сумел уцепиться за жестяную кровлю.
Он очутился в комнате, где едко пахло едким потом и одеколоном. Вдоль стен стояли четыре кровати. В одном из спящих мужчин Гера узнал усатого бармена, продолжающего вздыхать даже во сне. Остальные были продавцами из магазина, причем двое спали на одной кровати, тесно прижавшись друг к другу.
Затем он прошел через комнату и вышел в коридор. Тут находились разные двери, но они его не интересовали. Во всех этих комнатах жили азербайджанцы, целая колония кавказских горилл, привезенная в Москву Магометом. Чистить их карманы Гера не собирался: слишком невелик улов, к тому же кто-нибудь мог проснуться. Гере нужен был офис хозяина, расположенный в самом магазине.
