Автор
Малыш стоял с открытым ртом, глаза налитые кровью и ладони вжимает в колени — Мишатка боялся, но его трясло от страха и волнения. Егор обнял его, успокаивая, и вместе они наблюдали за происходящим на хуторе с уверенностью, что все уже позади. Но внезапно щелкнули засовы — началось то, что могло изменить их жизнь навсегда....
Разгром «культурной полосы» явно не состоялся. Теперь надо было и дальше трепать Джунаида, чтобы у него мысли крутились вокруг того, в какую бы нору ему забиться. Увы, 83-й полк, хотя и слышал стрельбу, не пошел на выстрелы, поэтому по растрепанным джигитам Джунаида не прошлись еще раз. Егор думал, что первой его жертвой мог быть тот самый Шалтай-Батыр, но ошибался. Лицо явно непростое, но не Шалтай.
Но Борисов поздравил Егора с хорошей работой шашкой и призвал молодых бойцов и командиров учиться воевать так, как товарищ Лощилин.
После короткого отдыха эскадрон товарища Лучинского (и Егор с ним) на рассвете 15 октября был направлен на рекогносцировку к колодцам Кизылча-Куюсы. До них было семьдесят километров. Успешно добравшись дотуда, эскадрон обнаружил, что колодцы засыпаны. Такое случается и как результат природных процессов, да и как диверсия тоже. Отрывать их сложно, но в принципе возможно. Лучинский, посоветовавшись с командирами, решил уходить обратно.
Личному составу полка были предоставлены несколько дней отдыха в Ташаузе, а тем временем готовился верблюжий транспорт в качестве подвижной базы, чтобы можно было преследовать Джунаида в пустыне.
"Поход по пескам и был без преувеличения героическим, Джунаида выбили в Персию и в сильно побитом виде. Егор в этом уже не участвовал – в Ташаузе у него разыгралась малярия. Видимо, Водяной Дед и был предвестником ее рецидива, а съеденных порошков не хватило, чтобы задавить болезнь в зародыше.
Полк находился в походе до конца ноября 1927 года, еще раз разбил Джунаида в пустыне. К сожалению, догнать и истребить его не представилось возможным.
