Опера Акулов и его напарник Волгин расследуют серию загадочных убийств. Расследование приводит их к афере пятилетней давности, связанной с заводом «Тяжмаш». Когда-то группа преступников, называвших себя ворами по закону, организовала нелегальный вывоз металлов за границу. Теперь кто-то...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Акула. Отстрел воров»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Опера Акулов и его напарник Волгин расследуют серию загадочных убийств. Расследование приводит их к афере пятилетней давности, связанной с заводом «Тяжмаш». Когда-то группа преступников, называвших себя ворами по закону, организовала нелегальный вывоз металлов за границу. Теперь кто-то...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Владимирович Кивинов Литрпг подборки серии
Опера Акулов и его напарник Волгин расследуют серию загадочных убийств. Расследование приводит их к афере пятилетней давности, связанной с заводом «Тяжмаш». Когда-то группа преступников, называвших себя ворами по закону, организовала нелегальный вывоз металлов за границу. Теперь кто-то...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Несмотря на то, что именно она была в текущие сутки дежурной, не составило бы труда договориться в любой другой клинике о том, чтобы там согласились принять обеспеченного пациента.
Удивляться Сергей перестал, когда увидел палату. Оказывается, и в «трёшке» можно неплохо лежать. Помещение, значительно большее, чем служебный кабинет Волгина, было великолепно оборудовано и поражало чистотой. Оказавшись в нем, трудно было представить, что этажом ниже располагается обычное хирургическое отделение с шестиместными палатами, драным бельём, хамоватым медперсоналом и отсутствием медикаментов. Не говоря уже о больных, которым не нашлось даже такого места и которых бросили в коридорах.
Василий Петросович Громов смотрел телевизор. По кабельному каналу показывали развлекательную программу, какой-то концерт. Звук был убавлен до минимума — очевидно, вокальные данные солисток из девчоночьего квинтета раздражали Громова, но созерцание их сильно обнажённых гибких фигур отвлекало от боли и мыслей о совершённом на него нападении.
Шея Громова была обмотана бинтом. Он лежал, опираясь на локоть, поверх одеяла. От бело-зеленого «адидасовского» костюма, в который был одет Василий Петросович, исходил запах туалетной воды. Сильный и приторный. Волгину такие не нравились, для себя он выбирал более спокойные и не привлекающие внимания ароматы, а этот, который он услышал в палате, почему-то вызывал ассоциации с выходящей в тираж проституткой.
— Из милиции? — Громев повернул голову резче, чем можно было ждать от раненого человека.
— Из уголовного розыска, — Волгин раскрыл удостоверение.
Но потерпевший не обратил на «ксиву» внимания и задал следующий вопрос:
— Отделение? Или «управа»?
— Из районного управления. Группа по раскрытию умышленных убийств.
— Но я пока ещё жив, — Громов улыбнулся, и эта улыбка как-то сразу погасила ту неприязнь, которую Волгин испытывал, будучи осведомлён о некоторых фактах биографии потерпевшего. Было видно, что раненый не бравирует и не играет. Происшедшее бросило его на больничную койку, но не выбило из колеи и не заставило испугаться.
Волгин подсел к небольшому столику у стены. Раскладывать официальные бумаги не торопился. Планировал сначала поговорить без протокола. Но и с вопросами не спешил. Сидел, глядя на Громова.
Громов смотрел на него.
Запах туалетной воды больше не раздражал. Притерпелся? Или сказывалась возникшая симпатия к пострадавшему?
— На самом деле мне вам нечем помочь, — сказал Василий Петросович за мгновение до того, как Волгин хотел начать беседу.
Одновременно с этим он нажал кнопку «лентяйки» и окончательно выключил звук телевизора.
— Я совершенно не представляю, кто в меня мог стрелять.
— Что, ни малейших предположений?
— Хулиганы.
