На улице уже полным темпом стемнело, лишь слабое освещение настольной лампы усиливало таинственный шарм комнаты. Правда, оно не могло преобразить лицо человека, лежавшего в кресле — его фигура выглядела мрачнее ночи. Весь этот дом напоминал ужасный сюжет фильма "Акула", где каждый предмет и уголок помещения словно застыли в тишине, ожидая момента для нового коварного пристрела воров......
И сам слегка бок поцарапал.
Она стала расспрашивать, и Андрей сделал вывод, что Денис сестре ничего не говорил.
— Как закончилась вечеринка?
— Нормально. Я уехала почти сразу после твоего звонка.
— Эдик так и не объявился?
— Какой Эдик? А-а, Эдуард! Объявился… Дело мы, похоже, провалили.
— Тебе грозят неприятности?
— Мелкие…
Ночь прошла быстро. Все было хорошо до тех пор, пока за завтраком Акулов не сказал:
— Со мной говорила Ядвига.
Маша вздохнула:
— Она вечно лезет не в своё дело. Надеюсь, ты не придал этому слишком большого значения?
— Не придал.
— Вот как? И какие же, например?
— Ты сама знаешь.
Маша поставила кружку. Сидела, опустив голову, помешивая ложечкой кофе. Спросила, не глядя на него:
— Ты считаешь, нам надо расстаться? Наши отношения себя исчерпали?
— Я такого не говорил. Просто если уж вопросы возникли, их надо решать, а не делать вид, что ничего не происходит.
— Вопросы возникают у других…
— Мы сами думали о том же.
Он закурил. Она поморщилась от папиросного дыма.
— У тебя кто-то появился?
— Нет.
— Я же вижу, что ты какой-то не такой.
— Устал на работе. И нервничаю.
— Из-за меня?
— Вообще. Помнишь, как я обещал, что если у меня кто-то появится — я тебе сразу скажу? Я своё обещание помню. На работе мне приходится видеть женщин. Всяких. Общаться с ними. Но это не значит, что я кидаюсь к каждой в кровать.
— Если бы дело заключалось только в кровати, это было бы полбеды…
Спускаясь по лестнице, Акулов подумал, что зря затеял этот разговор.
