На улице уже полным темпом стемнело, лишь слабое освещение настольной лампы усиливало таинственный шарм комнаты. Правда, оно не могло преобразить лицо человека, лежавшего в кресле — его фигура выглядела мрачнее ночи. Весь этот дом напоминал ужасный сюжет фильма "Акула", где каждый предмет и уголок помещения словно застыли в тишине, ожидая момента для нового коварного пристрела воров......
Помолчал, собираясь с мыслями. Сильно выдохнул, прежде чем начать говорить. Он выглядел очень усталым.
— Скандал удалось немного замять. Эта Молдавская оказалась непростой штучкой…
— Какая штучка?
— Не какая, а кто. Молдавская Илона Альбрехтовна, следачка эта чёртова."
"— С таким псевдонимом надо выступать на эстраде, а не в прокуратуре работать. Илона Молдавская. Звучит!
— Да и смотрится ничего. Кстати, она не такая молодая, как кажется. Четыре года стажа, старший по ОВД[5]…
— Теперь я понимаю, почему у нас ни одну банду не могут осудить по нормальному.
— Не перебивай, я сам перебьюсь. Так вот, говорю, девка она не простая…
Абрек, которого ударил Акулов, числился в розыске за РУБОП. Мажидов Магомед Мартузович, двадцати шести лет, не работающий, экс-чемпион области по греко-римской борьбе. Искали его с марта месяца, но, видно, не сильно усердствовали в этом деле, направили карточку в информационный центр и успокоились. Мажидов в подполье не уходил, только сменил номер в гостинице, где проживал постоянно, — переехал с седьмого этажа на одиннадцатый и этим обманул доблестных сыщиков.
— Ты знал, что его ищут?
— Откуда, Василич? Когда прошла тридцать четвёртая ориентировка, я ещё в камере парился. Если б знал — ударил бы дважды.
— Его сегодня отпустят.
— Что, депутат индульгенцию выписал? — Акулов прищурился.
— Я думаю, депутат пока не в курсе событий.
— А что его связывает с Молдавской?
— Мне не докладывали. Любовь, наверное. С взаимовыгодным интересом.
