Новый триллер о загадочных убийствах. Встреча с постовой снегометельной службы выламывается из обычного рутины для полицейского Михаила Волгина. Кровавая находка на пригорке ведет к масштабному делу, которое заставляет расследование сворачивать как обычно. Причудливые подробности и драматические повороты сюжета создают непревзойденную атмосферу напряженной борьбы между правом и злом в мирном пригороде....
– Вы же видели, как наркоту мне подбросили!
Волгин невозмутимо оформлял протокол. Понятые молчали, поглядывая то на него, то на задержанного, который немного успокоился и выложил последний аргумент:
– Я ничего подписывать не стану.
– Да на здоровье! Так и отметим: от подписи отказался…
Закончив с документами, Сергей отвел Вадима в свободный кабинет. Через некоторое время к ним присоединился Акулов. Улучив момент, когда Цепляев отвернулся, Сергей взглянул на напарника вопросительно, но тот пожал плечами и всем своим видом постарался продемонстрировать, что не имеет никакого отношения к наркотикам в кармане задержанного.
– За что меня арестовали?
– Пока еще не арестовали. Но арестуют, в течение трех дней.
– За что?
– Вадим, ты можешь не отвечать на наши вопросы, но зачем так откровенно валять дурака? Лично меня интересует только две вещи: на хрена ты спер мой бумажник и что означают три шестерки на твоем кимоно? Мой коллега, – Сергей кивнул на Акулова, – предложил оригинальное объяснение.
– Какая разница?"
"– Андрей Витальевич, похоже, что вы были правы. А по поводу бумажника я и сам могу догадаться: тогда, в Школе, тебя во мне что-то насторожило, ты решил пошарить по моим карманам в надежде отыскать что-нибудь интересное, и кошелек прилип к твоим рукам. Мелочно это как-то, не находишь?
Цепляев промолчал.
– Конечно, с цифрами на кимоно я был прав, – вступил в беседу Акулов. – И снова не ошибусь, когда предскажу, что в очень скором времени наш друг поспешит признаться в содеянном. Я извиняюсь за казенную формулировку, но сути дела это не меняет.
– Бить станете? – Вадим презрительно искривил губы.
– Нет, зачем? Во-первых, это не профессионально. Во-вторых, абсолютно нецелесообразно. Если меня как следует отколошматить, я признаюсь в убийстве шведского премьер-министра Улофа Пальме, но что дальше? Как только перестанут метелить, я от всего откажусь.
– Мне его подбросили!
– Половина задержанных так утверждает. И что? Изъят у тебя из кармана, понятые все подтвердят. Но дело даже не в этом.
