Капитан милиции Андрей Акулов возвращается к работе после несправедливого заключения. Кажущиеся разными дела, которые ему поручают, оказываются связаны в одну опасную сеть. Расследование раскроет страшные тайны и поставит под угрозу его жизнь.
Произошло это часа четыре назад, то есть где-то с полуночи до часу… Спиртягой от него несет так, как будто он в алкоголе купался. На локтях у него «дороги» такой длины, что вен и не видно, надо думать, кололся он не одну пятилетку. Шприцы мы нашли, как новые, так и использованные, но героина вроде не видно. А может, и не искал никто толком – кому интересно его блошиное тряпье ворошить? Незадолго до смерти ему два раза дали по роже. Нос сломан прямым ударом, и гематома под правым глазом. Удары, несомненно, были очень сильные, на мой взгляд – профессиональные. Но, конечно, в акте вскрытия никто вам этого не укажет, слишком субъективное мнение, основанное целиком на моем личном опыте."
"– А не мог он от этих ударов напороться на кран?
– Сомнительно. Если его били в стоячем положении, то он должен был отшатнуться, отлететь либо строго назад, либо в левую сторону, а рана у него, как вы помните, на правом виске. Хотя, конечно, можно предположить, что он пытался увернуться от третьего удара и дернулся не в ту сторону. Или, получив по носу, закрыл лицо руками, закачался, потерял равновесие… Нет, все равно не вяжется. Между тем, как ему сломали нос и смертью прошло какое-то время. Он успел остановить кровотечение и вытереть руки – на них почти не осталось крови. Но в небольших количествах следы крови имеются на стенках стакана и бутылках…
– Его очень настойчиво уговаривали выпить, – заметил Акулов, многозначительно посмотрев на Волгина. – Извините, мы вас внимательно слушаем.
– Еще одна любопытная деталь. Сзади, на шее, я обнаружил три вырванных волоса с теменной части его головы. Именно вырванных, с корнем, а не выпавших. Так что если предположить версию убийства, я бы решил, что кто-то просто схватил его за волосы и шмякнул виском о подвернувшуюся железяку. Но доказать это будет очень непросто.
Больше ничего интересного судебный медик не сказал и вскоре, взяв у Волгина и выкурив еще одну сигарету, вернулся на чердак, где дежурный следователь прокуратуры писал протокол осмотра.
– Новицкого убили, – заявил Акулов. – Как ни крути, а тут явная мокруха. И убили его вскоре после встречи со мной.
– Думаешь, валят всех, с кем ты общался? На меня пока не покушались.
Реакция Андрея заставила Волгина пожалеть о том, что он снова пошутил не слишком удачно.
Акулов побледнел, черты лица заострились, тяжело посмотрел на напарника; стоя ступенькой ниже Сергея он, казалось, стал на голову выше.
– Я тебя еще раз прошу… Последний раз. Не надо, пожалуйста.
