Жанр
Молодой журналист возвращается в провинцию и находит работу в районной газете. На рабочем месте с ним возникают необычные события, связанные с старой акулой пера и советским прошлым. Между героями разворачивается конфликт, связанный с личными устремлениями и обстоятельствами.
Раздел Chitat.online для книги «Акула пера в СССР» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Молодой журналист возвращается в провинцию и находит работу в районной газете. На рабочем месте с ним возникают необычные события, связанные с старой акулой пера и советским прошлым. Между героями разворачивается конфликт, связанный с личными устремлениями и обстоятельствами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Адгурович Капба Легкое чтение Приключения Самиздат подборки серии
Молодой журналист возвращается в провинцию и находит работу в районной газете. На рабочем месте с ним возникают необычные события, связанные с старой акулой пера и советским прошлым. Между героями разворачивается конфликт, связанный с личными устремлениями и обстоятельствами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— В общем — если предложение поступит, ты поддержишь?
— Поддержу, отчего нет? А в чем фокус, Гера? Что ты мутишь?
— Нью-Васюки станут центром вселенной, Рустик! Так и знай!
Гахраманов почесал затылок и задумчиво проговорил:
А потом я достал диктофон, поменял кассету, чтобы ненароком не загубить запись с опросом, и мы записали обращение от дубровицких спасателей-водолазов к несознательным пьющим гражданам. И про выколупанные глаза — тоже, хотя я сомневался, что шеф это пропустит в печать. Не то время!
Серость, серость — даже несмотря на майские погожие деньки и умытый дождем город! Даже множество деревьев и кустов, и сирень, и клумбы не скрашивали непроходимой серости. Дубровица была на восемьдесят процентов уничтожена во время битвы за Днепр в 1943 году и освобождена на полгода раньше остальной территории БССР — вместе с Гомелем и другими районами юго-востока. А потому отстраивать ее пришлось практически заново, из исторических зданий сохранились Успенский собор, костел, бывшая женская гимназия — там сейчас располагалась музыкальная школа и кинотеатр, где крутили повторно фильмы, уже показанные в «Беларуси». Еще некой архитектурной ценностью мог похвастать разве что интернат для детей-сирот, картинная галерея и пара-тройка домов в центре. Остальное — хрущевки, панельки, бараки, частный сектор и административные и культурные здания в стиле сталинского ампира или позднесоветского хай-тека вперемешку с классицизмом. Такое можно увидеть, наверное, в любом районном центре от Бреста до Владивостока… Угнетающее зрелище.
Жилищное строительство и обеспечение населения крышей над головой, переселение из коммуналок и бараков — это здорово, но неужели у огромной страны не нашлось лишнего рубля на банальную краску? Салатовую, желтую, розовенькую, в конце-то концов? В условиях, когда в году 150 дней — пасмурные и всего лишь 30 — ясные, душить психику людей еще и серыми городскими пейзажами — бесчеловечно!
— Здравствуйте! — кто-то вдруг цепко ухватил меня за рубашку. — Вы ведь в газете работаете?
Я едва не врезал локтем — манера хватать людей за одежду меня всегда бесила. Обернувшись, я столкнулся нос к носу с юношей лет восемнадцати — белобрысым и каким-то встревоженным. Ничего себе манеры у молодого джентльмена! Освободив свою рубашку из его цепких пальцев, глянул на него сверху вниз и ответил:
— Работаю. Белозор моя фамилия.
— Так это вам дядя Петя звонил? Ну, про кладбище?
Какой еще… А-а-а! Который про разобранную плитку!
— Звонил, точно.
