Жанр
Молодой журналист возвращается в провинцию и находит работу в районной газете. На рабочем месте с ним возникают необычные события, связанные с старой акулой пера и советским прошлым. Между героями разворачивается конфликт, связанный с личными устремлениями и обстоятельствами.
Раздел Chitat.online для книги «Акула пера в СССР» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Евгений Адгурович Капба Легкое чтение Приключения Самиздат подборки книг книжные серии
— Филя, — сказал один из рабочих. — Твой выход!
— А до этого я, стало быть, в сторонке сидел? — возмутился Филя.
— Давай, не выкобенивайся! — рявкнул Большаков, послышался шорох венков и звуки суеты.
— Во! Как и было, гляньте.
— Ну, плюс-минус. Куда-а-а вы собрались, работнички? А две могилки кто на завтра готовить будет?
— Ну, Степаныч, ну еж твою…
— Я те дам! Только скажи по-матери, я тебе все зубы выбью, понял? Вы трое — лопаты в руки, Филя — бегом за клеенкой в контору, и ведра прихвати!
— Опять я таскать воду буду? У меня грыжа!
— Да мне похер, — откликнулся Большаков. — Иди воруй, если у тебя грыжа. Или дедушек в карты обдуривай… Чем ты там занимался-то?
— Кукольник я! — обиделся Филя.
— Говнюкольник. По-русски скажи!
— Ну вот. Ну и иди за клеенкой, кукольник, — невпопад закончил Большаков.
Кажется, я всё-таки задремал, прислонившись к трубе, несмотря на холод и ветер — они как раз закапывали могилу. А когда проснулся — уже было поздно:
— Руки вверх! — произнес молодой голос, и в лицо мне ударил яркий свет фонаря. — Милиция!
в которой остается не зарекаться только от сумы
Лязгнула железная дверь за моей спиной, захлопнувшись. Я медленно втянул в себя спертый воздух, пованивающий испражнениями, и прищурился, чтобы привыкнуть к бьющему прямо в глаза свету лампочки без абажура, которая висела на проводах под потолком.
Понятия не имею, как это называется. Изолятор временного содержания? Камера предварительного заключения? Никогда в жизни не бывал в таких местах, Бог миловал. В общем, комната со стенами, до половины высоты окрашенными зеленой краской, несколько двухэтажных кроватей — нары, кажется? И классическая параша в виде дырки в полу. В глубине помещения — несколько мужчин. Четверо спали на верхних полках, трое сидели за длинным столом.
— Доброго утра, — сказал я.
— И тебе, — сказал один из них, коротко стриженный и небритый старик в тельняшке, — Ты надолго?
— Да вроде нет, — поулыбался я вместе с ним. — Как разберутся, наверное, выпустят. Но я здесь впервые, понятия не имею, как это работает.
И никаких тебе «вечер в хату» и всего такого прочего. Обычные мужики.
— Вот, тут можешь кости свои кинуть. В восемь утра основа ментовская подтянется — там будут уже вызывать и решать, что с кем делать, — сказал всё тот же седой, указав на место за столом. — Меня Виктор Иванович зовут.
— А меня Герман Викторович, Гера.
— Ну, будем знакомы, Гера.
