Автор
В темном зале отражается дрожь часов трупом, но в эти мгновения перед смертью он забытый мирами: чистит зубы, одевается, открывает газету. Здесь царит другое время, где несерьезные темы и даже завещание кажутся легкими игрушками в сравнении с вечностью.
– Ваши билеты, пожалуйста!
Ругнувшись про себя, беглец снова надел парик и шляпку, бросил на себя взгляд в зеркало и, убедившись, что все в порядке, открыл дверь. Но на пороге стоял вовсе не проводник, проверявший билеты…
* * *Анри шел через вагоны, натыкаясь на чемоданы, наталкиваясь на пассажиров и то и дело выслушивая в свой адрес саркастические замечания. На тот ли поезд он сел? Может быть, он ошибся и «мадам Лами» (он почти был уверен, что под красным манто скрывался не кто иной, как ее сын) перехитрила его и теперь едет в другом поезде?
– Полиция, – сказал он проводнику в спальном вагоне, показывая удостоверение.
– Я видел, как кто-то в красном манто заходил в шестое купе, – ответил проводник.
– Благодарю вас.
Купе номер 8, номер 7, номер 6. Анри остановился и постучал по двери согнутым пальцем. Никто не ответил. Он нажал на ручку и тут только заметил, что дверь открыта.
– О, черт!
Эрнест Ансельм в съехавшем набок парике осел на диване. Красное манто, которое он так и не успел снять, было заляпано какими-то темными пятнами.
– Ансельм! Ансельм! Вы меня слышите?"
"Анри лихорадочно пытался прощупать пульс, но его не было. Поезд качнуло, тело Ансельма заехало набок. Инспектор стал усаживать его обратно на диван и с досадой увидел, что на его пиджаке остались пятна крови.
– Проводник! Скорее сюда, что вы там возитесь! Кто еще входил в это купе?
Проводник показался в дверях, позеленел и замотал головой.
– Я никого не видел, месье…
– Скажите машинисту, чтобы он остановил поезд на ближайшей станции! Дайте знать полиции! Произошло убийство, и…
Он осекся и посмотрел на висящее на стене зеркало, которое заметил только сейчас.
На зеркале алой помадой было аккуратно выведено: «Номер семь».
Глава 27
Кто убил Лили Понс?
– Я ничего не понимаю, – признался комиссар.
Анри Лемье в состоянии крайнего утомления сидел напротив него, держа в руках стаканчик с остывшим кофе. Пятна крови Ансельма на его пиджаке засохли и уже стали бурыми, но у инспектора не было сил даже на то, чтобы пойти и переодеться.
– Боюсь, тут нечего понимать, комиссар, – тихо проговорил Лемье. – Кто-то опередил меня буквально на минуту или две, вошел в купе Ансельма и зарезал его, потом написал помадой номер на зеркале и ушел.
