Автор
В темном зале отражается дрожь часов трупом, но в эти мгновения перед смертью он забытый мирами: чистит зубы, одевается, открывает газету. Здесь царит другое время, где несерьезные темы и даже завещание кажутся легкими игрушками в сравнении с вечностью.
– А оно напечатано на конверте. – Она перевернула конверт. – «Аквамариновое танго». Слова и музыка Лили Понс. Исполняет Лили Понс. Оркестр… ну, это мы опустим… Вот: «Посвящается самому лучшему Анри на свете, когда он станет большим». Самый лучший Анри на свете, понятно вам? Лили Понс понимала, что она виновата, и пыталась хоть как-то загладить свою вину. Поэтому лучшую свою песню, самую знаменитую – как минимум, одну из самых знаменитых – она посвятила сыну. Это единственное посвящение, которое вообще присутствует в ее песнях…
Бланш шумно вздохнула.
– Потрясающе… Я же столько раз слышала эту вещь… Но… я все думала… – Она долго мялась, но потом решилась. – Почему танго – аквамариновое? Там нет ни слова об этом…
– О-о, – протянула Амалия, – это маленькие хитрости маркетинга… Лили Понс назвала свою песню просто: «Танго разлуки». Ее импресарио, Оноре Парни, сказал, что танго разлук имеется сколько угодно, и предложил дать название «Аквамариновое танго».
– Боже мой, – вздохнул Бюсси, – ну что нам стоило раньше обратить внимание на это посвящение…
И он опять схватился за телефон, пытаясь отыскать неуловимого Анри Лемье.
Глава 29
Письмо"
"«Госпожа баронесса,
мне бы хотелось объясниться, чтобы вы не считали меня преступником.
Говорят, брошенные дети вырастают какими-то особенно несчастными, но я никогда не чувствовал себя несчастным. У меня были родители – Ашиль и Сильви, тогда с ней было куда легче, чем сейчас. Кроме того, от Ашиля я узнал, что моя настоящая мама – Лили Понс. Это меня обрадовало, потому что я слышал ее песни, и они мне нравились.
Когда у нее появились деньги, она захотела со мной встретиться, и Ашиль это организовал. К сожалению, Сильви прознала о том, что я увиделся с матерью, и это послужило одной из причин напряжения, которое появилось между моей приемной матерью и мужем. Она была (и есть) большая собственница. Она считала, что раз она забрала меня к себе, Лили больше не имеет на меня никаких прав и не должна вообще со мной встречаться.
