Албаста взвыла, видно обиделась на что-то, и снова ринулась на меня. Благо змеиная гибкость позволила увернуться и догнать чернявую локтем, придавая ей дополнительное ускорение. А также оставляя новую дырку для вставки глаза. На спине! Потому как локти у меня острые не в переносном смысле – шипы на них.
Правда, в отместку зараза прошлась всей пятерней мне по спине, оставив длинные бороздки порезов.
Но с другой стороны, во время такого недальновидного членовредительства проклятая тварь напоролась на ощеренно стоящий гребень… порвав его тонкую ткань и обломав пару когтей о костяные наросты.
– Ногти накладные, что ли?
Албаста окончательно взбесилась и кинулась на меня.
Одну крючковатую руку мне удалось перехватить. Захват довершил вцепившийся в запястье монстра Кешка, от клыков которого албаста взвыла. Коготь на мизинце ее второй руки вошел мне в мягкую ткань над многострадальной ключицей. Остальные же пальцы сжали шею в тиски.
Легкие обожгло холодом…
И в следующее мгновение зловредная тварь сидела на полу, что-то вереща.
В свободной руке я сжимала гребень, обрекая черную албасту на служение.
Выхватить костяной трехзуб из волос албасты не так-то просто, надо, чтобы она достаточно отвлеклась, позволив противнику покопаться в своей давно не чесанной гриве. К сожалению, во время драки я заметила только его, так что пришлось лезть в это отвратительное месиво волос, грязи и перьев.
– Ты оставишь мою мать в покое. Все поняла? – Черная кивнула. – И покажешь мне владельца второго атрибута. – Теперь показала гнилые зубы. – Обещаю отдать вещицу тебе.
Довольно оскалившись, албаста ткнула корявым, узловатым пальцем в толпу наблюдающих.
– Она? Это она приказала тебе забрать мою мать?
Албаста довольно оскалилась, явно предвкушая расправу над врагом.
Цвета перед глазами расплылись, покачнувшись, я едва нашла силы устоять. По телу вновь прокатился уже знакомый жар трансформации. Дальше только ярость…
Взбешенная Александрит – действо, которое стоит посмотреть. Правда, если она зла не на тебя, да и смотреть лучше откуда-нибудь с галерки.
А вот албасте не позавидуешь – не учла та особенностей этой дикой кошки: даже очень злая, девица всегда оставляет при себе про запас хоть каплю здравого смысла. Ну и довольно экстравагантную ипостась – и не дракон, и не человек, а что-то между.
В изгибах почти танцующего женского тела было нечто разливающее пламя по его венам. Стройное, изящное, покрытое темными чешуйками, изменяющими свой цвет, – то изумрудно-зеленые, то пурпурно-красные. Широкий, с ладонь Сери, гребень на спине дополняли странные отростки между лопаток – два костяных шипа под острым углом торчали куда-то вверх.