В центре сюжета — опасная игра между жаждой наживы и моралью. Героиня вынуждена противостоять криминальному миру, где каждый готов пойти на убийство ради денег. Напряженный детектив о преступлениях, скрытых мотивах и борьбе за справедливость в городе, где власть имущие диктуют свои правила.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Алчность»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В центре сюжета — опасная игра между жаждой наживы и моралью. Героиня вынуждена противостоять криминальному миру, где каждый готов пойти на убийство ради денег. Напряженный детектив о преступлениях, скрытых мотивах и борьбе за справедливость в городе, где власть имущие диктуют свои правила.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Тара Мосс Книги по бизнес Поиск работы / карьера подборки серии
В центре сюжета — опасная игра между жаждой наживы и моралью. Героиня вынуждена противостоять криминальному миру, где каждый готов пойти на убийство ради денег. Напряженный детектив о преступлениях, скрытых мотивах и борьбе за справедливость в городе, где власть имущие диктуют свои правила.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Возможно, все дело было в ее глазах — круглых и до невозможности темных. К тому же она слишком широко их открывала — так, что были видны белки вокруг всей радужки. В них было что-то безумное. Он знал, что Сьюзи работает в каком-то госучреждении, возможно в психиатрической клинике, вот ей и передалось немного безумия.
В руках у Сьюзи была коробка из-под обуви — та самая, с которой она вышла из его магазина всего несколько дней назад. Только не говорите, что с птицей что-то случилось!
— В чем дело? У вас какие-то проблемы с неразлучником?
— Нет… то есть да. Он меня не устраивает.
Ирвинг нехотя распахнул дверь. Больше всего на свете ему хотелось сказать женщине, чтобы она приходила завтра, но у него не хватило духу этого сделать. Сьюзи покупала у него неразлучников из года в год, иногда не реже, чем раз в несколько месяцев. Причем выбирала не самых дешевых. За таких покупателей надо держаться.
— Пожалуйста, входите. Надеюсь, музыка вам не помешает.
Сьюзи вошла, бережно прижимая коробку к груди, и Ирвинг закрыл за ней дверь.
— Так в чем проблема?
— Просто он меня не устраивает, — повторила она.
Такое случилось впервые. Сьюзи купила неразлучника с красно-зеленым личиком всего несколько дней назад, и тогда он прекрасно себя чувствовал.
— Он не поладил с остальными? — предположил Ирвинг.
— Что? — растерянно вскинула брови Сьюзи. — С какими остальными?
— С другими вашими птичками. — К этому времени она должна была собрать целую коллекцию неразлучников.
— О, нет. То есть да. В том-то и проблема. Он не… вписывается в общую картину.
Ирвинг нахмурился. Что за странная женщина!
— Поэтому вы хотите заменить его на другого? Скоро я получу «голландскую голубую», уверен, что она вам понравится.
— Нет, я просто хочу вернуть птицу. — И Сьюзи протянула Ирвингу кассовый чек и коробку.
Принимая ее, Ирвинг услышал внутри хлопанье крыльев и шуршание.
— Понимаю вас, — кивнул он.
Надо было просто закрыть магазин.
Ирвин открыл кассу и вернул Сьюзи деньги за неразлучника.
— Спасибо, — угрюмо буркнула та и вышла на улицу, громко хлопнув дверью.
Он запер ее, несколько секунд постоял, наблюдая, как эта странная женщина идет к своей машине, и с горечью подумал: «Вот дневная выручка и накрылась!»
— Чирик! — «Что? С какими остальными?» — Чирик!
— О Господи! Заткнись, Конго!
— Заткнись, Конго, заткнись, — повторил попугай.
Глава 43
Модельное агентство «Вонг Модел Гонконг» поселило Макейди в старой многоэтажке, где снимало для своих сотрудниц скудно обставленную квартирку с большими стеклянными панелями, сквозь которые открывался великолепный вид на огромный город. Судя по всему, дом был построен в 60-е годы: сантехника оказалась изношенной до предела, а лифт — совсем крошечным.
