Встретившись с первой страницей "Альчности", вы неизбежно окажетесь в центре жестокой борьбы между нравами и желаниями. Эта книга кипит алчностью героев, которая заставляет читателя трепещать от неравновесия и решительности. Погружайтесь в атмосферу драмы и стремления, где каждая мелочь становится ключом к повышению или падению....
Единственное доступное сейчас облегчение он держал в руках — бутылка спокойно ожидала, когда умиротворит его своим мягким, выдержанным, отупляющим содержимым, хотя заключенный в ней временный покой не останется без последствий.
Завтра ты проходишь аттестацию, Энди. Если ты это сделаешь, все кончено, напомнил он самому себе.
Он уставился на бутылку. Ее содержимое — и яд, и лекарство. Если он сорвется и потеряет над собой контроль, его карьера окажется под угрозой.
Может, один глоток не повредит?
Глава 37
— Теперь тебе ясно, дорогая? Ты понимаешь, почему оставаться здесь опасно?"
"Настало утро понедельника, и Эд Браун, устроившись на пассажирском сиденье машины Тюремщицы, старался как можно убедительнее объяснить ей свои намерения.
Эд был разочарован, его терпению пришел конец.
Подумай о деньгах.
— Дорогая, не грусти, — сказал он. Собрав волю в кулак, Эд положил руку ей на колено и нежно сжал его. Он не раз видел это по телевизору, все влюбленные пары так делали.
Не прикасайся этой рукой ко рту. Сначала вымой ее.
Они ждали перед светофором. Тюремщица сидела, крепко вцепившись в руль, уголки ее узкого, неприятного рта были опущены. Она не смотрела на Эда. Он видел, что она расстроена.
— Мы совершим небольшое путешествие, просто для того, чтобы все успокоилось. — Эд изо всех сил старался ее подбодрить.
Поцелуй ее, если сможешь. Делай то, что ты должен сделать.
Эд перегнулся через сиденье и поцеловал ее в щеку. Кожа оказалась грубой, покрытой желтым тональным кремом с привкусом кулинарного жира. Эду так сильно захотелось вытереть губы, что он начал крутиться на сиденье. В машине, совсем недалеко, лежали гигиенические салфетки.
