Встретившись с первой страницей "Альчности", вы неизбежно окажетесь в центре жестокой борьбы между нравами и желаниями. Эта книга кипит алчностью героев, которая заставляет читателя трепещать от неравновесия и решительности. Погружайтесь в атмосферу драмы и стремления, где каждая мелочь становится ключом к повышению или падению....
Даже перед ожидавшим его судебным процессом он ухитрился остаться разумным, сосредоточенным и уступчивым. Он удивительный. И милый. Даже когда ей казалось, что нельзя быть более романтичным, он вдруг произносил что-нибудь совсем в духе «Дерзких и красивых», прямо как Ридж. Поразительно, насколько глубокой стала их духовная связь. Еще никогда ей не доводилось испытывать ничего подобного. С тех пор, когда она была подростком. Но и тогда все было совершенно по-другому. Об этом периоде жизни ей вообще не хотелось вспоминать.
Мысли Сьюзи вернулись к уплотняющемуся волдырю на предплечье. Ужасно хотелось почесать это место ногтями через плотную ткань рукава, но она сдержалась. Когда она прибиралась в доме, на руку из трупа брызнула какая-то телесная жидкость. Ей никогда еще не доводилось заниматься подобными вещами, и пришлось предпринять несколько неудачных попыток, прежде чем она сообразила, каким образом запихнуть труп в мешок, а затем поместить в холодильник — лучшее из того, до чего она пока смогла додуматься.
Она слышала об одном случае, связанном с кантаридином, или шпанской мушкой, когда рыбак использовал насекомое для наживки, считая, что оно станет привлекательной приманкой для рыб. Поначалу, когда он взял жука в руки, все шло гладко — до тех пор, пока бедняга не уколол палец рыболовным крючком и не «упал мертвым» под действием яда.
