Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А там по случаю совершишь подвиг, Георгий на грудь, да дворянскую грамоту в карман.
Долгин позволил себе проявить скептицизм, хотя с общим направлением был вполне согласен.
— Такую награду так просто не дают, да и на действительной военной службе надо состоять. Но даже если и так — где это я в мирное время найду батарею орудий, которую надо захватить?
— Сейчас нигде. А вот лет через восемь, в году этак тысяча девятисотом, я тебе эту батарею организую очень даже легко. Причем без всякой военной службы.
Гриша напрягся.
— Война? С кем?
— Да ни с кем. Просто большая заварушка в Китае, с небольшим нашим участием. Я разве не упоминал про нее? Неважно. Так что, пойдешь вольнослушателем?
Бывший унтер задумался. Причем очень даже глубоко: хотя теперь он богат и вполне образован, для многих и многих он остался на уровне отставного унтера пограничной стражи. Не сказать, чтобы этого было так уж мало… Но для разговора на равных с этими самыми многими, и уж тем более для выгодного во всех смыслах брака — все же явно недостаточно.
— Не тороплю. Вопросы по поездке?
— Управляющий. Как далеко можно зайти?
Александр помолчал, обдумывая пределы своей откровенности. Затем поднял на собеседника взгляд, в котором на неуловимое мгновение плеснула нешуточная злоба, и медленно, с расстановкой произнес:
— Он стоит между мной, и моим ребенком. Порежь его на лоскуты, если понадобится, но я должен знать. Где и как живет баронесса!
И уже обычным голосом, на глазах успокаиваясь, добавил:
— Мне нужен положительный результат, а детали на твое усмотрение.
Григорий с большим трудом подавил желание подскочить, и вытянуться по стойке смирно. И совсем не смог задавить удивление на лице. У командира есть наследник?!! Да и перепады настроения какие-то странные и резкие, уж не случилось ли чего? К его сожалению, дальнейшему разговору грубо помешали, негромким стуком в дверь.
— Ну!?
Начальник охранной смены, от сдвоенного недовольного рыка своего начальства (и непосредственного, и самого главного), как-то даже сгорбился, страстно желая всего наихудшего. Не отцам-командирам, нет! Этим сволочным посетителям, из-за которых ""прилетело"" почему-то именно ему.
— Александр Яковлевич, там к вам господин Пильчиков. Говорит, что ему назначено, но визитки вашей у него нету. Письмо какое-то передал, сказал — его рекомендации. И опять эти пришли, за пожертвованиями. Гнать?
Князь, при известиях о ""этих"" непроизвольно поморщился. Что-то в последнее время к нему зачастили всякие собиратели благотворительных пожертвований: на новую церковь, на приют для бездомных, в помощь голодающим, на музей изящных искусств и тому подобные неотложнейшие нужды. Кстати, в случае с голодающими обычно добавляли — Тамбова или Рязани.
