Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Которая помимо оружия, чем только и не занимается: химией и станкостроением, электротехникой и деревообработкой, на фармакологию поглядывает, в металлургии сплавов ковыряется, к оптике неравнодушна. Недавно вот и к нефти, то есть к ее переработке в смазки и масла, стала прицениваться… Много интересов у князя Агренева, ой как много.
— Тогда не буду вас задерживать, Аристарх Петрович.
Посидев пяток минут без движения, хозяин кабинета глубоко вздохнул, с силой потер переносицу и пробормотал:
— Не одно, так другое!
Встряхнувшись, молодой мужчина мимоходом глянул на часы, а затем подошел к большому напольному сейфу, стыдливо маскирующемуся под обычный шкафчик из лакированного дуба. Недолго поковырялся в его содержимом, и вернулся обратно, выложив на стол полдюжины тоненьких папок. А в них, шесть кандидатов на должность главного фабричного инспектора. Шесть людей, способных возглавить, а еще вернее — создать, причем с пустого места, службу собственной безопасности нарождающегося концерна. Или не способных? Понять все те новые идеи и методы работы, что столь привычны и обыденны для любого жителя века двадцать первого, от рождества Христова. Методы и идеи, которые нынешние современники поголовно считают дикими и неприемлемыми…
""У меня скоро мозги вскипят, от постоянных размышлений!"".
Спустя два часа, почти одновременно с пронзительно-мощным общефабричным гудком, в кабинет к владельцу этой самой фабрики, почти без стука и уж точно без лишних церемоний, зашел Долгин — единственный, кому позволялась подобная вольность. Осмотревшись, и попутно сгрузив на широкий подоконник солидный ворох свежей иностранной прессы, руководитель Отдела экспедирования жизнерадостно улыбнулся и с небольшим любопытством поглядел в каминную топку. В коей как раз догорали последние листы писчей бумаги и картона.
— Пустышки!
Проследив, как изящная витая кочерга в руках друга осторожно ворошит получившийся пепел, Григорий уселся в кресло по соседству, и осторожно уточнил.
— Неудача?
— Сколько их было, друг мой, сколько их было… И сколько еще будет? Впрочем, это все лирика. А проза жизни состоит в том, что мне требуется некая услуга от подполковника Васильева. Помнишь такого?
— Ну а как же, командир. Кстати, насколько я знаю, он немного помог в недавней неприятности с Демидом?
— В первую очередь он помог самому себе, раскрыв по горячим следам целое преступное сообщество. А с Сошниковым — это так, попутно. Н-да. Вообще, я думаю, что еще пять-шесть тому подобных дел, и вполне можно ожидать, что ему на плечи упадут полковничьи погоны. Поэтому!
Отставной унтер незаметно для себя расправил плечи и приготовился слушать приказ.
— Ты и два звена по твоему выбору, едете в Варшаву на практические занятия.
