Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Посмотрит на такой календарик какой-нибудь Акакий Акакиевич, и на душе у него станет чище и светлее — не так уж и много ему приходится работать. Встроенная ручка и карандаш помогут владельцу при случае что-нибудь записать. Ну, или почесать в ухе. В кармашки под визитки прекрасно поместятся и сложенные вчетверо банкноты, а специальное отделение для фотокарточки позволит почаще вспоминать про родных… Если же вместо фотокарточки вставить небольшое зеркальце, появится возможность любоваться только на себя, любимого. Иногда поверх всего этого богатства еще обнаруживались и миниатюрные счеты, инкрустированные золотом — маленькие только в смысле размеров, разумеется, но никак не цены. Ну и обязательный именной вензель владельца — без этого никак. Купцы ведь тоже любили при случае скромно выпятить свой достаток. Как и промышленники. И банкиры. А так же все остальные, способные недрогнувшей рукой выложить на прилавок от одной до пяти радужных бумажек сотенного достоинства.
""Ладно, что дальше? Вотчина потомственных металлистов, чья сила исключительно в плавках, хе-хе"".
Александр вспомнил, как в один из своих первых обходов фабрики зашел в литейный цех, и услышал странное ритмичное ухание-оханье, а так же легкий звон. На вопрос о его источнике мастер ответил очень просто — мол, послал двух металлистов козла отодрать. Непонятно, что подумал управленец, когда его работодатель как-то странно хрюкнул и сдавленным голосом попросил показать ему сам процесс, но к источнику суровых мужских стонов провел незамедлительно. И еще пять минут дисциплинированно отворачивался, ожидая пока князь просмеется и придет в себя. Оказалось, что козлом в ""литейке"" именовали лужицу металла, застывшую на полу. Ну а металлисты… Нет, эти мужчины тоже любили металл, но предпочитали выплавлять его из руды, а не таскать на себе в изрядных количествах."
"""Так, у сталеваров все нормально. Что у меня по фанере? Угум, вот и первая ложка дегтя — леса завались, а клея постоянно не хватает, так что производство достигло своего потолка. Вернее, это поставщики достигли предельного уровня в производстве клея, деревообрабатывающим комбинатам еще расти и расти над собой. Н-да. А ведь Кыштымские заводы начнут хоть что-то выдавать только через год, так что, увы и ах. Что же, ждем и терпим. Ярославский консервный. Гордость моя и краса, производство двойного назначения, способное закатывать в тонкостенные жестянки как мясо, так и тол — только к последнему еще и приправа в виде взрывателей нужна. Хм?!""
Всего на одной странице Горенов очень убедительно доказывал, что у управляющего этим самым заводом воруют. Причем под самым его носом. Либо?.. Либо подворовывает сам управляющий. Аккуратно, скромно, но весьма регулярно.
