Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"" Угольные шахты — тут все понятно, хотя название местечка довольно… Гм, необычное. Золотые прииски. Что же, становится понятен интерес князя к землям по Амур-реке — золото, оно во все времена золото. А загадочные ""хухузы"" есть ни кто иные, как китайские бандиты. Они же рыжебородые, они же хунхузы — все же мы тут не дикари-с, кое-что касательно Дальнего Востока знаем. Плавание и Одесса. Ну, тут и вовсе никакой тайны — до амурских владений Агренева гораздо проще и быстрее добраться морским путем. Копаемые, они же ископаемые. Хм, а ведь все вместе очень похоже на инструктаж перед поездкой?!"".
Жандарм повертел в пальцах карандаш, раздумывая. Когда он только получил задание — ""присмотреть"" за молодым аристократом, то рассчитывал на что-то временное. Ну, что-то вроде небольшого отдыха перед действительно серьезным делом. Нет, ну в самом-то деле, не держать же на такой ерунде целого ротмистра! Тут и поручика хватило бы с головой, не будь фигурант весьма богатым сиятельным князем, чей род записан в Бархатную книгу. В таких делах требовалась особая деликатность — аристократия, и в особенности высшая, во все времена крайне негативно относилась к тем, кто старался узнать о ней больше дозволенного. Равным такой интерес еще прощался, а вот всем, кто был ниже по статусу, неприятности были гарантированны.
— Неприятности. Определенно, они самые…
Когда к нему прибежал этот дуболом-охранник, и прямо с порога заявил, что берет на фабрике расчет и уезжает — он еще думал, что все в порядке. Мало ли, отчего агенту (да и не агенту даже, а так, мелкому осведомителю!) захотелось свободы — побрыкается, да и успокоится, не впервой. А вот когда тот кое-как пересказал случившееся с ним, особенно упирая на реакцию сослуживцев, тут-то интуиция и заиграла тревогу. Главный фабричный инспектор Долгин никоим образом не походил на человека, способного вычислить чужого осведомителя. Следовательно, ему это или подсказали… Или уволившийся охранник сам проговорился. В любом случае, князь Агренев теперь в курсе того, что за ним наблюдают. А раз он не стал затевать скандал, и искать личной встречи, то?..
— То непонятно, с какими целями.
Бросив карандаш, мужчина принялся потирать висок. Теперь-то он не считал свое задание легким — наоборот, чем дальше, тем больше и чаще приходилось думать и строить догадки на основе обрывочных сведений. Начальству ведь не скажешь — не могу знать, куда и кому продает оружие его сиятельство князь Агренев! Доклады же на эту тему приходится писать с завидной регулярностью.
