Как старый подпоручик из обедневшего рода, отчаянно ищет счастье в провинциальном Ченстохове, герой стал молодым студентом военного училища за чужим телом. Безграмотность и невежество окружающих лишь добавляют сложности для его борьбы за выживание, когда катаклизм сменил мир на другую карту....
— Просто, мне в последнее время приходит все больше и больше посланий, с просьбами о немедленном вспомоществовании голодающим крестьянам. И если завуалированное требование поделиться доходами от какого-нибудь земского или губернского предводителя дворянства я могу, гм, ""не понять"" — что, собственно, постоянно и делаю. То намеки со стороны графини Сумароковой-Эльстон, или там великого князя Сергея Михайловича мне проигнорировать достаточно сложно. В газетах же про столь массовый голод ни слова, разве что иногда про небольшой недород пишут… Впрочем, верить газетам, себя не уважать.
— С чего бы это? Я ж им регулярно гостинцы высылаю. А что?
— Так мне и из Оренбургской губернии пишут. Воронежской, Рязанской, Тамбовской, Самарской, Тульской, Калужской, Орловской…
Только сейчас Григорий обратил внимание, что письма на столе рассортированы на одиннадцать аккуратных столбиков разной высоты.
"— Цены на зерно заметно поднялись, но продавать на экспорт его так и не перестали. Значит, есть что продавать?.. И подчиненные Горенова в губернских городах присылают взаимоисключающие отчеты. У одних все хорошо, у других все плохо. Ну не может же того быть, чтобы в двух соседних губерниях — в одной нормальный урожай, а во второй вообще ничего не уродилось!.. Вот и решил съездить в пару-тройку мест, своими глазами посмотреть, что да как. Заодно и с Луневыми-младшими пообщаюсь.
Посмотрев, как по ковру скачет очередной ""колобок"" из бумаги, Долгин привычными движениями разжег камин, вывалил рядом с ним мусорную корзину и принялся методично скармливать огню чужие надежды и мечты.
— Кстати, командир. На место Глеба кого-нибудь брать будем? А то кое-кто из охраны давненько уже просится.
— Кто сам просится, мне и даром не нужен. Я же объяснял!..
— Да я помню, помню. Просто, больно уж парень хорош.
— На нем одном свет клином не сошелся… Все, надо перерыв сделать.
Отвернувшись от камина, начальник отдела экспедирования увидел, как его друг в раздражении откидывает прочь лист бумаги, густо исписанный весьма затейливым каллиграфическим почерком.
— Мало того, что ерунду всякую присылают, так еще и глаза приходится ломать, пытаясь понять — что же конкретно им от меня надобно!
— Лучший отдых, командир, это смена деятельности.
