Баронесса играла с большим успехом. Чувствуя напряжение, царившее в столовой, она тем не менее продолжала весело щебетать и расточать улыбки.
Сын замер, упорно глядя на стол. Кирилл заметил, как по бледной щеке ребенка медленно скользнула слезинка, задержалась на кончике носа; Андрей быстрым движением смахнул ее с лица.
Адашев, подойдя к сыну, положил руку на его плечо:
– В чем дело, Андрюша? Папенька! – Мальчик с отчаянием посмотрел на отца.
– Помнишь, ты говорил о том, что спросишь нас, когда будешь выбирать нам маменьку? Ты обещал найти самую добрую, самую красивую, которая будет всегда любить нас...
– А, разве это не так? – мягко спросил Кирилл – Разве я в чем-то вас обманул?
Сын всхлипнул и схватил его за руку.
– Но мы не хотим, чтобы госпожа баронесса была нашей маменькой!..
– Что еще за фокусы! – Князь сердито сдвинул брови. – Как ты смеешь нести такую ересь! Сейчас же подойди к ней, поцелуй руку и извинись, а после ужина передашь мадемуазель Александре, что я велел за дерзость на неделю лишить тебя прогулок!
Мальчик сгорбился и, точно старичок, шаркая ногами, подошел к баронессе. Та, как ни в чем не бывало, поднесла руку к его губам. Андрей, покраснев, с ненавистью глянул на будущую мачеху, потом вытянул правую руку, разжал пальцы, и крупный жирный паук спланировал на обнаженное плечо женщины.
Все остолбенели. Полина медленно открыла рот и истошно завизжала, смахнув мерзкое восьминогое чудовище на пол. Потом попробовала вскочить, но край платья зацепился за соседнее кресло. Раздался громкий треск, и баронесса с ужасом увидела, как ее пышная юбка расползается, а младший из ее будущих пасынков с нескрываемым торжеством взирает на ее попытки спасти остатки платья.
Князь бросился на помощь невесте, но Кирдягин заступил ему дорогу:
– Ваша светлость! Я не намерен терпеть подобных издевательств над моей кузиной! Ваши дети не просто невоспитанны и жестоки! – Он брезгливо оглядел притихших мальчиков. – Это, маленькие, грубые животные, и я бы на вашем месте, князь, поучил их хорошенько плеткой, чтобы знали свое место!
– К всеобщей радости, мосье Кирдягин, вам никогда не быть на этом месте! – Павел с яростью отшвырнул от себя кресло. – И если кого и стоит поучить плеткой, то только вас, чтобы не совали нос не в свое дело!
– Павел, прекрати! – Князь вне себя от гнева стукнул кулаком по столу и приказал няньке: – Сейчас же отведи детей к гувернантке! Посиди с ними в детской, пока не уснут.
– Детей провожу я! – Верменич подошел к мальчикам, обнял их за плечи и презрительно скривившись, произнес: – И если их отец решится последовать совету этого столичного ублюдка, он мне больше не друг. – Павел усмехнулся, глядя на баронессу.