Девушка, потеряв работу и накопив долги, принимает предложение о должности в уединенной лесной усадьбе. Здесь её ждёт не только источник дохода, но и встреча, способная изменить всю её жизнь. Тёмная история о судьбе, испытаниях и неожиданных поворотах судьбы.
Перепуганный Оборский не знал, что делать, Нелидов молча наблюдал за истерикой Саши, мудро решив не вмешиваться, а девушка самозабвенно рыдала.
— Саш, а ничего, что ты детям навредить можешь? — спокойно поинтересовался врач, выждав еще немного.
Всхлипы стали реже, и Александра подняла голову.
— Вот, и умница, — похвалил Нелидов, — а теперь, умывайся и отправляйся завтракать. А ты, Глеб, успокойся и езжай в офис. Мы тут сами разберемся.
Выпроводив расстроенного альфу, Борис повернулся к Саше.
— Я понимаю, что тебе тяжело, но постарайся не отчаиваться. Все обязательно наладится, вот увидишь. А Глеб… Он очень тебя любит и боится потерять, поэтому и трясется над каждым твоим шагом, — обратился к девушке старый оборотень.
— Простите, за эту безобразную сцену, — понуро опустила голову Саша, — я не знаю, что на меня нашло. А насчет Глеба Александровича… Думаю, вы ошибаетесь и никакой любви ко мне у него нет. Ну, да, это неважно. Спасибо, что помогли справиться с собой.
Александра попыталась улыбнуться, но улыбка вышла бледной и неуверенной.
Нелидов покачал головой и вышел из комнаты. Не он должен говорить девочке о любви альфы. Глупая молодежь… Не могут понять друг друга, не могут договориться… И племянник… Судьба дала ему такой шанс, а он… Эх, если бы была жива Натали…
Борис шел к себе в комнату, расстроенно вспоминая сестру Наташу, мать Глеба. Вот кого не хватало сейчас в доме. Уж она бы сумела объяснить невестке все тонкости жизни оборотней. И про любовь, и про пару, и про единственную… Да, чего уж там… Не дожила Натали до внуков, не успела порадоваться…
А Глеб, выехав из дома, утопил педаль газа в пол и рванул вперед. Слова Саши острыми осколками вспарывали внутренности. Не простила. Все так же ненавидит, просто, смирилась и научилась не показывать свою неприязнь… А сегодня… Сегодня, почему-то, не выдержала и сорвалась. Высказала все, что думает. Устала девочка, домой хочет… От него устала…
Голова раскалывалась, перед глазами снова стали расплываться красные круги… Да, что с ним такое?!
Резко затормозив, Оборский рванул дверь хаммера. Глоток свежего воздуха привел в чувство. Фух… Отпустило…
Положив тяжелую голову на скрещенные на руле руки, Глеб устало вздохнул. Со времени той страшной ночи, он ни разу не смог расслабиться. Постоянно настороже, постоянно в ожидании подвоха… Ненависть и презрение Саши, ее страх, нежелание быть с ним рядом, пересиливаемое лишь одним — боязнью навредить детям… Она не простила. Помнила все.
