Алиса, привыкшая к спокойной жизни своего маленького городка, отправляется в большую столицу с призывом найти свою дорогу в мире уверенных в себе людей. Но мир Москвы оказывается не таким простым, как она думала. Здесь каждый день обладает новыми уроками и вызовами, где уверенность и оптимизм становятся ключевыми атрибутами успеха....
Но с Бесом стираются рамки, и все, что мне хочется в данный момент — быть с ним такой, какую он хочет. Делиться и дарить ему такие же крышесносные ощущения, какие я испытываю с ним.
Подавшись вперед, я осторожно коснулась языком упругой кожи его подтянувшихся орехов.
— Смелее, Куколка! Вспомни, как я вылизывал тебя утром! — рычит Макар, ускоряя движения рукой."
"В животе мгновенно начинает приятно тянуть от слишком ярких воспоминаний утреннего разврата на пляже. Между ног запульсировало с удвоенной силой, словно он опять прикасается ко мне там своим бесстыжим горячим языком.
Действительно, если язык Беса побывал на всех частях моего тела, то почему я должна выдумывать себе рамки?
Может, далеко не все девушки решаются на такой грязный и развратный секс, но это только потому, что Беса на всех не хватает.
— Открой рот, — утробным голосом требует Макар, подхватывая мой подбородок пальцами и с силой нажимая на него.
Пульсирующая головка снова скользит мне в рот, подрагивая. Язык обжигает горячая солоноватая сперма, которой становится так много, что она начинает вытекать.
— Глотай! — хрипло рычит на меня Макар.
Я глотаю, чувствуя, как начинает першить в горле от вязкой жидкости, но Бес не отпускает меня, пока не затихают его шипящие стоны.
Его грудь быстро поднимается и опускается, взгляд сосредоточен на моем лице, под моими ладонями на его бедрах пробегают спазмы. А мою грудную клетку разрывает не только колотящееся сердце. Настоящий восторг переполняет меня от затекших коленей до самой макушки.
— Продолжим в твоей кровати, Куколка, — бормочет Макар, нежно стирая с моего подбородка потерянный белок.
И это был единственный момент проявления нежности. Рывком подняв меня с пола, Макар закинул мои ноги на свою талию и впечатался в мои губы, нагло сминая их своими. В нем нет и намека на нежность и чувства, только одержимый голод ненасытного альфа-самца.
Я прижималась к его мощной груди и с такой же одержимостью гладила его плечи. Знаю, что он никогда не будет моим, но тем желаннее эта близость и тем дороже это время, что у нас осталось.
Глава 17. Макар
Как буйно помешанный носился по базе, чтобы успеть забрать Алиску и двинуть на ужин с клиентом. Мне даже в голову не пришло, что она осмелится уйти без меня! И куда! Веселиться и бухать в клуб с толпой коллег.
Я одновременно зверел и вожделел Алису так, что темнело в глазах. От ярости, что посмела уйти без меня, от ревности, что улыбалась другим.
