В половине девятого утра телефон Лянки бросает проклятый звонок, и мир становится жестоким местом с неумолимыми врагами. В тридцатых строках известная писательница Маргарита Южина раскрывает эту незаметную войну через глаза Ляны — отчаянной и обреченной героини, которая мечтает о мире, но мир лишь усугубляет ее неудачи....
Она приникла к его груди, с силой обхватила его шею… какие же у него губы! И… что они творят! Она же… она же… голова просто кругом идет! И на черта она на работу заявилась! Там хоть кабинет закрыт? Да какая разница!!!
Она не помнила, сколько времени прошло – счастливые часов не наблюдают, вот уж точно! Через какое-то время она оторвалась от Арсения, чтобы попросту перевести дыхание, иначе – она знала точно – просто задохнется!
– Погоди, погоди… – смеялась она, уворачиваясь от его поцелуев. – Дай подышать…
И вдруг она отодвинула его и шутливо насупила брови.
– Корнеев, а чего это ты про какое-то мое положение намекал? Ну, что мне нельзя летать? Ты это про что?
Арсений постарался объяснить:
– Ляна, ну как же… зачем тебе летать? Полетаем потом, когда родишь.
– А когда я рожу? – не понимала Лянка.
– Лян, – поморщился Корнеев. – Давай решим сразу: ребенок – это не вопрос. Я уже решил, твой ребенок – это мой ребенок, и все. Ну не будем уже об этом. Потом ты мне расскажешь, какой у тебя срок, когда рожать, чтобы мы вместе готовились, чтобы покупали там что-то, я не знаю.
"– Корнеев! – закричала Лянка. – Да ты не «чуть»! Ты тронулся! Ты что, решил, что я беременная, что ли?! Ты что, совсем?!
Корнеев минуту похлопал глазами, а потом испуганно спросил:
– А ты что… того? Избавилась?
– Ты дурак, да? – зыркнула на него Лянка.
– Это… твоя мама сказала, – ничего не понимал Корнеев. – Ты же сама слышала.
– О-о-о-о! Сил моих нет… – плюхнулась она на стул. – Да моя маманя чего только не наплела, чтобы этого Изветова по башке долбануть! Она и жениха мне приписала, и ребенка! Может, и еще чего, я уже не помню… Ну ладно он – он только на себе помешан, он чему угодно поверит, но ты-то!!!
Корнеев побледнел, сел рядом с Лянкой, откинул голову на спинку стула и прижал ее к себе.
– Какая тупость… Это ж надо… тупизм! Это я… я столько времени бегал от тебя, не знал, куда деться, злился на тебя, когда ты появлялась рядом, потому что был уверен, что я у тебя только десятый по счету… Я ж был уверен, что рядом с тобой… отец твоего ребенка… ну или во всяком случае ты строишь с ним какие-то отношения… Да я ж и с работы ушел только из-за твоего жениха! Не мог вынести.
