В половине девятого утра телефон Лянки бросает проклятый звонок, и мир становится жестоким местом с неумолимыми врагами. В тридцатых строках известная писательница Маргарита Южина раскрывает эту незаметную войну через глаза Ляны — отчаянной и обреченной героини, которая мечтает о мире, но мир лишь усугубляет ее неудачи....
– Вы оставайтесь здесь, а если кто к вам будет ломиться – не открывайте да и все! Вдвоем-то вам легче будет с собой справиться! И главное, девочки, запомните – не поддавайтесь этим коварным мужчинам! Их надо держать в нашем маленьком женском железном кулаке. И пока они не купят вам… ну хотя бы колечко с бриллиантиком, не сдавайтесь!
Девушки твердо решили не сдаваться, а маменька надавала еще кучу наставлений, как себя вести с непокорным мужским полом, и удалилась, наказав строго-настрого двери не открывать и к телефонам не подходить.
– Лян, надо бы свет выключить, – посоветовала Милка, когда они остались одни.
– Сейчас постель застелем и выключим, – возразила Ляна. – Еще не хватало из-за этих… из-за них себе в чем-то отказывать!
Милка только кивнула и помогла расстелить новые простыни. Ляна спала на кровати, а Милочка на диване, но очень скоро подруга перебралась к Лянке на широченную постель – она так себя увереннее чувствовала.
– А то твой ворвется, а я тут… на диванчике. Как вор какой-то! – бурчала она, перетаскивая свое одеяло. – Он и разбираться не станет, вышвырнет на фиг! И куда я такая красивая? В одном нижнем белье?"
"– Это только твой Пашка не разбирается, – бормотала Лянка. – А мой Даня… он никого вышвыривать не станет! И потом – это что ж, у меня постоянно воры, что ли, на диванах спят? У меня и нет никаких воров!
– Неважно, – отмахивалась Милка. – Зато теперь если позвонят, я… я точно трубку брать не буду.
Конечно же, телефоны звонили. Но Лянка поступила мудро – она просто отключила трубку. А вот Милочка не удержалась и наговорила своему Пашке всяких гадостей. В конце еще и припугнула, что, если тот не перестанет звонить, она вызовет милицию. А это было совсем уж лишним, и Милочка была наказана – Пашка к ней так и не заявился этой ночью.
Однако в дверь очень скоро позвонили. А потом и вовсе стали ключом ковырять замок.
– Лянка! Это твой, да? – испуганно шептала Милочка, прижимаясь к подруге всем телом. – А если он сейчас откроет?
– Не откроет, я на щеколду закрылась, – фыркнула Лянка и удивленно уставилась на подругу. – А чего ты трясешься-то вся? Чего ты боишься?
– Ну да! А вдруг он дверь ломать начнет?
– Даня?! Он не так воспитан!
– Ага… – сообразила Милочка.
