В половине девятого утра телефон Лянки бросает проклятый звонок, и мир становится жестоким местом с неумолимыми врагами. В тридцатых строках известная писательница Маргарита Южина раскрывает эту незаметную войну через глаза Ляны — отчаянной и обреченной героини, которая мечтает о мире, но мир лишь усугубляет ее неудачи.
– А!!! Я умираю… – вдруг с пола произнес забытый всеми Диоген. И слабеющим голосом добавил: – Макаки… Бабы…
И Наталья Максимовна, и Лянка рванулись к птице. Они совсем забыли про попугая, а его нервная система просто не выдержала такого накала страстей – Диоген никогда не слышал, чтобы его любимые хозяйки так орали друг на друга. И слабое птичье сердце не выдержало.
– Диогенчик! Мальчик мой!… – ползала на четвереньках возле попугая Наталья Максимовна. – Ну что ты придумал… Ляночка, срочно звони в ветклинику, у меня там, в записной книжке… А, я сейчас сама!
Она унеслась в комнату, а когда вернулась, Диоген уже ходил по столу и уплетал арахис в шоколаде.
– Вот… только пакетиком зашуршала, как он тут же подскочил, – пояснила Лянка.
– Ага… придурялся, значит, да? – поинтересовалась Наталья Максимовна.
– Нет, мам… – покачала головой Лянка. – Он просто испугался, что мы… поссоримся.
Мать уселась напротив Лянки и вытерла со лба пот.
– И правда ведь, чуть не поссорились.
Она некоторое время сидела молча и о чем-то напряженно думала, Лянка тоже молчала. Честно говоря, было попросту стыдно.
– Ляна, мы заигрались, – проговорила наконец мать. – Мы… мы обе не правы с тобой. Спасибо Диогену – встряхнул… Митя… он…
И она снова замолчала.
– То есть… – насторожилась Лянка. – Ты не сможешь его простить и… отдаешь его мне?
Мать посмотрела на нее с какой-то грустью и покачала головой.
– Ну конечно! – засопела Лянка. – Я так и знала! Ты ему простишь все, а мне – фигу!
– Нет, – негромко заговорила Наталья Максимовна. – Мне он не нужен… такой. А уж тебе и подавно. Мы должны… вернуть его жене.
– Ага… – растерялась Лянка. – А жене именно такой и необходим!
– Это ее муж, ей и решать.
– А если… Яна не согласится? Ты что – забыла? У него же еще и Яночка имеется!…А если он сам не захочет, чтобы… к жене?
– А ему ничего не останется, – невесело усмехнулась Наталья Максимовна. – Если на него посмотреть, то… что такое для – он, кажется, Изветов? – так что такое для Изветова ты? Хорошенькая куколка, которую снабжает мамаша-миллионерша…
– Мама! – подбросило Лянку. – Я давно содержу себя сама! У меня собственное агентство, которое ну очень неплохо меня кормит!
– Да, но он-то об этом не знает, – склонила голову набок Наталья Максимовна.
Дочь приутихла:
– Точно… я ему не говорила. Он думает, что я так только… фотографией балуюсь…
– Поэтому он и думает, что ты – изнеженная дочь любящей матери, – продолжала Наталья Максимовна.
