Альянс Нерушимый — читать онлайн бесплатно полностью

Точную причину такого явления я назвать не могу, потому что не обладаю необходимой чувствительностью, да и при психосканировании очень слабые сигналы коренного неблагополучия заглушаются фоновым шумом от повседневных забот большого количества хумансов.

— Интересная постановка вопроса, — сказал товарищ Ленин из четырнадцатого года. — Вы считаете, что развитию революционной ситуации должны предшествовать некие загадочные предпосылки, а не объективные противоречия между производительными силами и производственными отношениями?

— В августе девяносто первого никаких подобных противоречий «по Марксу» не было, — скептически хмыкнул Александр Тамбовцев, — а вот революционная ситуация имелась в полный рост, ибо верхи не могли, а низы не хотели.

— Да уж, Александр Васильевич, уели вы моего брата Володю, — засмеялся Ильич из восемнадцатого года. — Собственно, наша рабочая группа уже установила, что противоречия между производительными силами и производственными отношениями имеет к развитию революционной ситуации только опосредованное отношение, и то только в том случае, если у буржуазных верхов не хватит ума и решимости смягчить их до безопасного уровня оперативными решениями.

— Чтобы смягчить противоречия, верхи в первую очередь должны понимать массы, их чувства и желания, — сказала товарищ Антонова, — но такое бывает не всегда и не везде. Франклин Рузвельт из неприятной ситуации Америку вывернуть сумел, а вот Николай Второй сплоховал, хотя никто не может сказать, что он был одолеваем суицидальным синдромом, и сам разрушал то государство, которым правил.

— Николай Второй, — хмыкнул Ильич из четырнадцатого года, — после первой русской революции тоже пытался смягчить ситуацию, да только дал не то и не тем. Его Октябрьский манифест, будем говорить честно, пустил буржуазного козла в государственный огород. Только вот к обсуждаемому вопросу та история отношения почти не имеет.

— Ну почему же, — возразил Николай Бесоев, — имеет. Когда мы попали в сентябрь семнадцатого года, там и среди трудящихся масс, и в слоях образованной публики, от офицерства до разночинной интеллигенции, господствовало ощущение «так дальше жить нельзя». И бессилие артистов разговорного жанра, как сельди в бочку набившихся в министры Временного Правительства, при этом являлось всего лишь сопутствующим компонентом предреволюционного напряжения.