В чернилах корпоративного ледяного офиса и шуме посольства бьются жизни, за которыми никто не наблюдал. Каждый звук — крик, скрежет стульев, мелодичный бой часов — стал уликой в тайной истории Алиби для бультерьера. Здесь каждый сомневается в собственной правде, и даже льется кровь не спасает от невероятных загадок и коварного хитрого злодея....
Он переоделся, машинально включил телевизор.
Просто для того, чтобы разрушить гнетущую тишину пустой квартиры, чтобы не чувствовать себя одиноким и беззащитным.
По телевизору шел какой-то бесконечный криминальный сериал, бандиты и милиционеры гонялись друг за другом, как будто играли в казаки-разбойники, те и другие непрерывно стреляли, визжали женщины, визжали тормоза машин, и поэтому Василий не сразу расслышал дверной звонок.
Расслышав же, не на шутку испугался."
"Он сегодня никого не ждал, а всякие неожиданные визитеры могли принести только неприятности.
Василий подошел к двери, выглянул в глазок, раздраженно осведомился:
— Кто здесь?
— Милиция! — послышался голос за дверью, и к глазку поднесли развернутое удостоверение.
— Я вашим уже все рассказал… — недовольно пробормотал Василий, но повернул головку замка и открыл дверь.
На пороге появился мужчина лет сорока, с приятной, но незапоминающейся наружностью.
— Капитан Несгибайло! — представился он, снова показывая удостоверение.
— Я рассказал все, что мог… — повторил Василий, пропуская капитана в прихожую.
— Совершенно верно! — Капитан улыбнулся открытой и просветленной улыбкой законченного идиота. — Но мои коллеги забыли о кое-каких существенных формальностях. Вы должны были расписаться в приложениях к протоколу.
— Каких еще приложениях? — поморщился Окунь. — Я же где-то расписывался…
— Совершенно верно! — подтвердил капитан. — Вы расписались в протоколах, но к каждому протоколу полагается приложение по форме «А-4», а к каждому приложению еще дополнительный акт по форме «Б-8»… Без этого начальство не примет протоколы… — И он жестом циркового фокусника вытащил из крошечного детского портфельчика огромную пачку разграфленных бумаг.
— Кошмар! — вздохнул Окунь.
Он огляделся.
В прихожей негде было пристроиться с такой кипой бумаг, и он прошел на кухню.
Жизнерадостный капитан разложил бумаги на столе и принялся подкладывать их Василию, громко и многословно объясняя:
— Вот это — приложение по форме «А-4»… Здесь нужно расписаться в семи местах — тут, тут, тут и еще тут…
За его объяснениями Василий не расслышал крадущихся шагов в прихожей.
Наконец он расписался везде, где только можно, капитан Несгибайло многословно поблагодарил его, собрал бумаги и покинул квартиру.
