В чернилах корпоративного ледяного офиса и шуме посольства бьются жизни, за которыми никто не наблюдал. Каждый звук — крик, скрежет стульев, мелодичный бой часов — стал уликой в тайной истории Алиби для бультерьера. Здесь каждый сомневается в собственной правде, и даже льется кровь не спасает от невероятных загадок и коварного хитрого злодея....
— Неужели мы туда полезем? — испуганно прошептал Сергей, схватив за плечо своего спутника.
— А что такого? — Песий Лекарь пожал плечами. — Все лучше, чем под открытым небом ночевать! Ни дождь тебе не повредит, ни ветер не продует… Мы тут давно уже обретаемся!
— Но там же… там же покойники?
— А что нам покойники? От покойников никакого зла уже не ожидается, они все, что могли, уже при жизни сделали, так что теперь гораздо безопаснее, чем живые.
Бомжи один за другим, пригнувшись, пробрались в склеп, и Сергею ничего не оставалось, как последовать за ними.
Внутри было довольно просторно, и хотя сыро и зябко, как и должно быть в склепе, но все же не так холодно, как на улице.
Кто-то из бомжей зажег самодельный светильник, и Сергей смог оглядеться.
В склепе на продолговатых возвышениях стояли несколько каменных саркофагов с полустертыми надписями на крышках. Судя по этим надписям, в склепе покоились останки членов богатого купеческого семейства, похороненные в конце девятнадцатого столетия и в начале двадцатого.
В углу склепа была свалена огромная груда засаленного тряпья — должно быть, бомжи натаскали ее за долгое время. В эту-то груду и зарылись все пришедшие. Сергей тяжело вздохнул и тоже устроился на куче тряпья, кое-как укрывшись сверху несколькими драными мешками. Под боком у него возился одноглазый пес, и от него было теплее и спокойнее на душе.
Маркиз поднялся на пятый этаж с детства знакомого дома в Апраксином переулке и нажал кнопку дверного звонка.
За дверью раскатилась тревожная трель.
Затем наступила тишина.
Леня позвонил еще раз, и с тем же нулевым результатом.
«Что за черт, — подумал Леня, — куда это Толю черти унесли? Ведь договорились же, что он будет сидеть здесь безвылазно, чтобы не рисковать и не подставляться!»
Он хотел уже развернуться и отправиться восвояси, но вдруг расслышал за дверью едва различимый шорох.
В квартире явно кто-то был.
— Толян! — проговорил Маркиз, прильнув к двери. — Ты дома?
— Это ты, что ли, Леня? — донесся из-за двери свистящий шепот.
— Ну я! — сознался Маркиз. — А ты кого ждал?
Из-за двери явственно донесся громкий вздох, загремели замки, и дверь приоткрылась.
В узкую щелку высунулась рука, втянула Маркиза внутрь, и дверь за ним тут же захлопнулась.
— Точно, ты! — с явным облегчением проговорил Анатолий, заперев дверь на все замки и повернувшись к Маркизу.
