В чернилах корпоративного ледяного офиса и шуме посольства бьются жизни, за которыми никто не наблюдал. Каждый звук — крик, скрежет стульев, мелодичный бой часов — стал уликой в тайной истории Алиби для бультерьера. Здесь каждый сомневается в собственной правде, и даже льется кровь не спасает от невероятных загадок и коварного хитрого злодея....
То есть ранили, и он успел добраться до квартиры Валентина Хруща… Опять-таки, спрашивается, зачем? Чтобы умереть на руках у своего знакомого?
И еще один вопрос: куда в итоге подевался тот загадочный предмет, из-за которого так суетилась Маргарита?
Не для того ли рыжий уголовник пришел перед смертью к Хрущу, чтобы рассказать ему что-то очень важное?
— Слушай, — повернулся Маркиз к Анатолию, — а больше этот рыжий точно ничего не говорил?
— Да говорю тебе — бредил! — ответил Зевако. — Она, говорит, мне его отдала… А кого отдала — поди разбери!
— Кто — она и кого — его? — заинтересованно переспросил Маркиз.
— Ну да… отдала, говорит, то самое… Не знаю что, а она — ширма.
— Правильно… — подтвердил Маркиз. — Она отдала его в музее… Знать бы только, что это такое… А что еще за ширма?
— Вот-вот! — согласился с ним Анатолий. — У него в башке перед смертью все перемешалось, ширму какую-то приплел! И еще, говорит, ты должен его оттуда взять и вернуть… Только поди разбери — откуда взять, кому вернуть, и вообще — о чем речь? Найдешь, говорит, там… И больше ничего толком не сказал, вовсе стал бредить.
— Про Топтыгина? — удивленно проговорил Маркиз. — Про какого Топтыгина?
— Ну да… стихи какие-то детские… — Анатолий наморщил лоб, потер переносицу и неуверенно продекламировал:
И Топтыгина прогналКак-то там… дубинойИ кого-то обозвалТра-та-та скотиной.— Что, так и сказал — тра-та-та? — усомнился Маркиз.
— Нет, там как-то по-другому, — признался Анатолий, — но я не все запомнил.
— И все?
— Да кабы все, — вздохнул Анатолий. — Значит, только я с дачи вернулся, звонит баба какая-то — ноет, приехать хочет. Еле отвертелся, а тут еще один тип притащился, Кренделем звать. Говорит, Упертый пропал, нигде найти не могут, так вот не знаю ли я чего?
— А ты что?
— А что я? Не мог же я ему сказать, что Упертый на даче у Щекотило в холодильнике отдыхает. Говорю, не знаю ничего, никого не видел. Беспокойная какая квартира оказалась, лучше бы я ниже этажом у Зинаиды перекантовался.
— У тебя телефон жены Окуня сохранился? — нетерпеливо перебил его Маркиз."
"Анатолий порылся в карманах и нашел нужную бумажку. Леня набрал номер, и, как и рассчитывал, нарвался на домработницу Александру. Поговорив с ней как со старой знакомой, он без труда выяснил, что покойная Маргарита Михайловна в девичестве носила фамилию Широкова (это он помнил по прежней встрече), что в школе дали ей выразительную кличку Ширма, да так и звали до старших классов.
