"Алиби для землеройки" — это драматический роман о женщине, готовящейся на вершину политической элиты, несмотря на все препятствия и риски. Взлет приводит к слому: героиня встречает свою собственную смерть во время сверхсекретного мероприятия, что создает загадочное алиби. Кровавый траур поднимается над городом, оставляя следы в сердцах жителей и разворачивая новый круг ужасов и отчаянных усилий....
– Стой, никуда не уходи! – велела сотрудница столовой, убежала, вернулась с упаковкой зефира в шоколаде и протянула ее мне: – Держи! Знаю, что ты отличница! – Потом она зашептала: – Дам совет: после восьмого класса иди в кулинарное училище! Станешь поваром, и никогда ни ты, ни твои дети, ни тетя твоя, когда постареет, голодать не будут. Самая выгодная профессия, при еде всегда будешь.
Я принесла подарок домой и завизжала от радости – на столе сидел плюшевый мишка невероятной красоты. Не знаю, где Рая взяла на него деньги.
Самым страшным преступлением Рая считала беспорядок. Это она приучила меня всегда класть вещи на место. Раиса давно скончалась, но ее воспитание пустило глубокие корни. Я, придя домой, всегда аккуратно ставлю обувь в шкафчик.
Но сейчас в коридоре словно татаро-монгольская орда пронеслась. Наши со Степаном перчатки, варежки и кашне валялись на полу. Моя красивая розовая шаль, подарок мужа на прошлый день рождения, стала ковром, а на ней аккурат посередине лежала икебана из какашек. Похоже, одна из татаро-монгольских лошадей не сумела найти в квартире уголок задумчивости, не домчалась до сортира, притормозила по дороге.
Я схватила платок и пошла в туалет. Там меня ждала картина, которую следовало назвать «О поле, поле, кто тебя усеял…». Далее у Пушкина идут слова «мертвыми костями». Вы же помните, что это цитата из поэмы «Руслан и Людмила»? Слава богу, костей в сортире не нашлось, зато вокруг все было белым-бело! Нет-нет, в квартире не шел снег. Просто кто-то разорвал рулон туалетной бумаги и старательно превратил его в конфетти!
И кто же автор этого пейзажа? Степан сейчас едет из Питера в Москву, да и вряд ли моему мужу придет в голову расшвырять вещи в холле, какать на мою шаль, а потом разбираться с туалетной бумагой.
Бросив отходы жизнедеятельности найденыша в унитаз, а шаль – в стиральную машину, я заглянула в спальню. Там все лежало на местах. В остальных комнатах тоже царил порядок. А вот в кухне обнаружился открытый холодильник. Я начала обследовать полки.
