Автор
Вспышка огня и ненасытные руки – последнее, что вижу перед тем, как провалиться в черноту. Это может быть смерть, погружение под машину или поезд. Пустота бесконечна, без времени или границ. Я из покоя не выхожу, но просыпаюсь в тишине, окружённой холодом и тьмой, где каждый шорох заставляет сердце стучать быстрее....
– Не надо! Пожалуйста, я не хочу…
Слышу лишь хриплый смешок над ухом.
– Чего ты не хочешь? Сама хоть знаешь?
Я могла бы возразить демону, но только не в момент, когда лежу совсем голая под ним и роняю слезы от ужаса.
– Лежи смирно, рабыня.
Замираю, когда чувствую горячие пальцы Алихана на своей спине. Он проводит ими по моим ранам. Медленно и кажется, без когтей. Даже дышать перестаю от ожидания пытки, но вместо адской боли ощущаю, как демон наносит что-то на мою кожу. Кажется, нечто наподобие мази. Оно быстро холодит мои воспаленные раны, от чего я сразу чувствую желанное облегчение.
– Поднимись на локти. Выше.
Не реагирую, не могу ни думать, ни дышать, когда он так близко. Вскрикиваю, когда воин сам просовывает свою огромную руку мне под грудь, поднимая мое тело и быстро обматывая его новой повязкой. От прикосновения этого меня как молния ударяет. Слишком опасно, близко, запредельно. Зачем он делает это…Зачем помогает мне? Не понимаю.
Тихонько всхлипываю в его руках, зная, что одно неверное движение, и когти демона запросто разорвут меня на куски так же, как он этот делал с другими рабами.
Мужчина отходит от меня, после что-то подбирает с пола, и я с ужасом вижу, как он возвращается с гремящими кандалами в руках. Моими кандалами. Тут же подбираюсь вся, скрывая ноги под шкурой. Только не это, не снова.
Я понимаю его без слов. Слезы снова катятся по щекам. Смотрю на демона снизу вверх.
– Пожалуйста, не надевайте их. Я больше не сбегу.
– Твой запас доверия исчерпан, шариха. Мои рабы все носят кандалы, и ты не исключение.
Всхлипываю. Одним махом демон отодвигает шкуру и достает оттуда мои ноги. Он надевает на меня кандалы, захлопывая их с невероятным грохотом, а я лишь слезы роняю, смотря на его мощные бронзовые руки, которые делают это. В этом мужчине нет жалости или сожаления.
– Это был последний раз твоего неподчинения, Саназ. Каждый следующий раз кто-то будет лишаться жизни, когда ты посмеешь меня ослушаться, шариха. Я жду тебя здесь сегодня вечером. А теперь пошла вон из моего шатра.
Я успеваю лишь обратно набросить свое платье, на ходу его связывая на плечах, и сверху набрасывая новую накидку. Грубые металлические кандалы звенят при каждом моем шаге и напоминают мне о моем унизительном положении.
