Я была изгнанная от своего истинного Я, но в Алисе в стране насильников мой внутренний мир взорвался. Сцены нетрадиционного и БДСМ секса сотрясают привычные границы повседневной реальности, создавая незнакомую и страшно захватывающую атмосферу, где каждое слово отводит черту к новому граничащему между добром и злом....
Он тоже был готов, но застыл возле меня, ожидая, очевидно, команды режиссера. А режиссер молчал, уставившись в монитор камеры.
Красавчик широко расставил ноги, его ладонь стала равномерно ходить вверх-вниз по напряженному члену.
– Ну, Пьер, долго мне ждать? – не выдержал актер. – Что будем делать?
– Давай сразу, Глен, основную съемку в наручниках, как обговаривали. Достаточно с кастингом. Она прекрасная актриса. Так, секунду… Возьми наручники, камера. Работаем!
Глен подскочил ко мне, схватил за волосы, стащил с дивана, поволок за собой, ухватил за запястья, завел руки за спину, нацепил наручники и прикрепил ими к стойке.
После чего, он наконец-то вошел в меня прямо на полу. Как я этого хотела! Сразу стало легче, меня накрыла эйфория. Самая настоящая эйфория, пронзившая все тело, сильная эмоция сладостного наслаждения от сбывшегося желания проникновения в меня элитного альфа-самца. Такого я еще не испытывала никогда! Вероятно, именно за такие эмоции, женщины обожают своих кавалеров, даже если они подонки…
И это было только началом нашего секса.
– Хороша девка, – с явным удовольствием выдохнул Глен, хотя этого почти наверняка не было в сценарии.
Он положил ладони на мои бедра, приподнял и притянул меня к себе, сделал несколько уверенных толчков и… вышел.
– Ты прекрасно пахнешь, – прошептал актер, наклонился и проник языком между моих нежных складочек, прикрывающих вход в лоно.
И это было приятно! Я, прикованная к стойке, была ограничена в движениях, но, как могла, прогнулась навстречу его лицу и развела колени.
– Поиграй с ее клитором, – велел режиссер. Умелые пальцы Глена осторожно сжали мое эрогенное сокровище, выдавили розовую горошинку, после чего горячие губы актера накрыли ее поцелуем, затем резко втянули в рот. Его зубы легонько сжали клитор и создали импульс боли пополам с удовольствием.
Я вскрикнула, он освободил мой возбужденный, болезненно чувствительный клитор.
Но Глен не спешил. Они с режиссером действовали по своим правилам. Актер опять надавал мне пощечин, схватил и сильно сжал сначала один, потом другой мой сосок.
