В помещении густо плескается вентиляционная грязь — кажется, чтобы уберечь меня от窒息. Страх оглушает: нет веры в нормальную жизнь обратно. Паника прикрывает думой об опасности для ребенка, сердце колотится как будто громадный зверь. Уже и слезы выступают навстречу прошлому. Сегодня клиентов меньше — двое легких на ощупь, и они не такие избалованные. Но даже такое облегчение лишь на время....
"Похищение и рабство
Я не знаю, сколько уже здесь нахожусь. Это какой-то притон. Нет, не наркоманский. А притон секс-рабства. Я попала сюда недавно. Меня держат в маленькой комнате с большой кроватью, столом и жуткой распоркой у стены. Окон нет, только вентиляция. Наверное, чтобы не задохнулась. Гуманисты чертовы. Я уже перестала даже мечтать вернуться к нормальной жизни. А про ребенка и думать боюсь, сердце начинает щемить. Я невольно погрузилась в прошлое и на глазах проступили слезы.
Сегодня было не много клиентов.
Слышу звук открывающейся двери. Заходит Сергей.
– Вставай. – Приказывает он. – К тебе клиент.
Я повинуюсь, а что еще делать, иначе он будет бить меня, пока я не отключусь.
– Иди к распорке, у клиента особые пожелания на тебя. – Поясняет он.
Ненавижу его! Он подкараулил меня, когда я гуляла с ребенком и меня ударили по голове. Потом я оказалась тут… До сих пор не знаю, что с моим Алешкой! Это ничтожество могло что угодно сделать с моим ребенком! Как подумаю, сразу жить не хочется… Из-за какой-то мрази мой малыш мог пострадать, моя семья без меня страдает, меня каждый день истязают. Я просто отказываюсь верить в эту адскую реальность! Как я сюда попала? Как этот гад меня снова заполучил? Зачем? Разве я не достаточно уже пострадала от его рук? Слезы душат снова и снова и мерзкий страх растекается по спине.
Я, склонив голову, иду к этой чертовой установке. Уже привычно становлюсь в исходное положение, и жду, когда меня привяжут.
Теперь он снова мой босс, мой господин, мой хозяин. Я должна слушаться его или умереть. За хорошую работу и послушание, он обещал мне принести свежие фото моего сына, чтобы я убедилась, что он жив.
Знаю, что этому ничтожеству нельзя верить, но так хочется…
Сергей подходит, одним движением срывает с меня лохмотья и начинает пристегивать.
Беззащитная, уставшая и уже, практически, ни на что не реагирующая. Обычно мне оставляли глаза и рот свободными. Но не в этот раз. Мой босс натянул на мои глаза тугую повязку, а в рот вставил кляп. Шикарно, я теперь и орать не смогу.
