В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Захочет она вмешаться в игру богов или предпочтёт оставить всё как есть? Спасибо за чай, — поднялась она. — Если решите вопрос с переводом положительно, то мне понадобится новая записная книжка.
Чуть подумав, добавила:
— Также карандаш и доступ сюда в любое время суток в течение двух дней. Раньше я не справлюсь.
Через два часа бесцельного ожидания Бертина сообщила, что милорд приглашает её в библиотеку.
Ольга чувствовала себя разбитой. Недолгий отдых ничего не принёс, кроме головной боли.
Он ждал.
На столе лежала новенькая, в коричневой обложке записная книжка чуть меньше её дневника.
Отпотевший графин с лимонадом, выпечка, вазочка с вишнёвым вареньем, фрукты — всё предназначалось гостье.
— Если вам потребуется что-либо дополнительно, зовите прислугу, — скосил глаза лорд Малгри на сонетку. — Не стесняйте себя ни в чём. Вам выделена личная горничная.
Он коснулся ладонью предплечья Ольги, сжимая:
— Спасибо.
Угасающее в камине пламя золотистыми искрами отразилось в его глазах.
Женщина увязла в их затягивающей зелени.
— Не буду мешать, — едва заметно наклонил он голову, прощаясь.
Ольга проводила его взглядом до выхода, некоторое время смотрела в закрывшуюся дверь.
Смирение и покорность, терпение и выдержка — всё, что ей нужно сейчас.
Вздохнула, тяжело опустилась на стул и переключилась на дела текущие.
Работа предстояла нелёгкая. Помимо перевода она собиралась сделать наброски портретов мужчин, на примере показав Шэйле — скорее, доказав, — перенятый у неё не только письменно-двигательный навык, но и обретённую способность к рисованию.
Так же Ольга рассчитывала вернуть из утраченного кофра «усатую» чашку Хуффи Уорда, папку — со своими! — рисунками, незаконченный рассказ в детский журнал и альбом с незавершёнными схемами вышивок для маленьких рукодельниц.
Думала, под каким предлогом можно завладеть шестым томиком Байрона, который она заметила на прикроватном столике баронессы? Казалось, что именно он вкупе с её красным дневником, способен приоткрыть завесу над тайной перемещения во времени.
Ничего не упустила? — машинально дёрнула Ольга за ручку верхнего выдвижного ящика письменного стола. Заперто.
Будто магнитом тянуло открыть его. Пальцы непроизвольно ощупывали замочную скважину и зазор между столешницей и передней стенкой ящика.
