В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Настолько зычный, что заложило уши.
— Когда люди думают о семье, они склонны думать о кровных родственниках, — вещала она. — Есть родственники по браку и близкие друзья, которых считают неотъемлемой частью семьи. Но клан — это гораздо больше, чем семья. Это политическое устройство Шотландии. Вожди кланов приравниваются к дворянам, а клан называют достопочтенным. Только глава клана решает, принимает он нового члена или нет.
Ольга молчала. Она почти ничего не знала о кланах Шотландии. Да и перечить Сондре — это как стоять у подножия скалы, готовой рухнуть на тебя в любой миг и погрести под собой.
Она слушала.
— Беря в мужья шотландца, женщина становится частью клана своего мужа, тем самым налаживая связи между своим кланом и кланом супруга. Это сложилось исторически, когда единство кланов требовалось при нападении врага или другом несчастии.
Сондра замолчала, качая трость из стороны в сторону. Заговорила снова, уже тише:
— Леди, которой Кадди намерен отказать… Как я уже и сказала, её отец вождь клана.
Ольга вскинула голову с вызовом, собираясь ответить, но ей снова не дали.
— Не отрицайте, — пригвоздила её Сондра к софе ледяным взором. — Я мать и на моём счету четыре удачных брака моих сыновей. Не стану отрицать — Кадди увлёкся вами. Это пройдёт, как только вы ответите ему отказом и прервёте отношения.
Генеральша раскраснелась; коричневые веснушки на её лице стали едва заметными.
Ольга глянула на неё с прискорбием:
— Мадам Макинтайр, вы никогда не думали, что навязывая сыновьям в жёны женщин из соседних кланов, лишаете их чего-то важного, без чего ни один человек не будет чувствовать себя счастливым?
— Если вы имеете в виду любовь, то она в семейной жизни не занимает главенствующего места.
Да-да, не далее как вчера Ольга уже слышала об этом. Начинать бессмысленный спор она не станет. Вспомнились слова Сондры когда-то сказанные Шэйле: «Долг превыше личных желаний. Он связывает неразрывными узами».
— Что бы вы ни говорили, любовь и счастье неразлучны, — всё же возразила она. — Если нет одного, нет и другого.
